6#

Блеск и нищета куртизанок. - параллельный перевод

Изучайте английский язык с помощью параллельного текста книги "Блеск и нищета куртизанок". Метод интервальных повторений для пополнения словарного запаса английских слов. Встроенный словарь. Аналог метода Ильи Франка по изучению английского языка. Всего 756 книг и 2171 познавательный видеоролик в бесплатном доступе.

страница 242 из 560  ←предыдущая следующая→ ...

“Now to business!” cried he, looking at Lucien, who was as white as ashes after this dreadful interview.
– Теперь за работу! – вскричал он, взглянув на Люсьена, мертвенно-бледного после этой страшной беседы.
If among the small number of my readers who take an interest in the moral and philosophical side of this book there should be only one capable of believing that the Baron de Nucingen was happy, that one would prove how difficult it is to explain the heart of a courtesan by any kind of physiological formula.
Если бы в числе читателей, впрочем достаточно ограниченном, которые занимаются нравственной и философической стороной книги, нашелся хотя бы один, способный поверить, что барон Нусинген наконец был счастлив, последний на собственном примере доказал бы ему, как трудно подчинить сердце куртизанки каким-либо законам физиологии.
Esther was resolved to make the poor millionaire pay dearly for what he called his day of triumph.
Эстер решила принудить злосчастного миллионера дорогой ценой оплатить то, что миллионер называл своим тнем триумфа.
And at the beginning of February 1830 the house-warming party had not yet been given in the “little palace.”
Поэтому новоселье в маленки тфорец не было еще отпраздновано и в первых числах февраля 1830 года.
“Well,” said Esther in confidence to her friends, who repeated it to the Baron,
“I shall open house at the Carnival, and I mean to make my man as happy as a cock in plaster.”
– Но в день карнавала, – доверительно сказала Эстер своим приятельницам, пересказавшим все это барону, – я открываю свое заведение, и мой хозяин будет у меня кататься как сыр в масле.
The phrase became proverbial among women of her kidney.
Это выражение вошло в поговорку в парижском полусвете.
The Baron gave vent to much lamentation; like married men, he made himself very ridiculous, he began to complain to his intimate friends, and his dissatisfaction was generally known.
А барон сокрушался.
Как все женатые люди, он стал достаточно смешон, начав жаловаться своим близким и позволив им угадать свое недовольство.
Esther, meanwhile, took quite a serious view of her position as the Pompadour of this prince of speculators.
Однако Эстер по-прежнему играла роль госпожи Помпадур при этом князе Спекуляции.
She had given two or three small evening parties, solely to get Lucien into the house.
Единственно для того, чтобы пригласить к себе Люсьена, она уже устроила две или три пирушки.
Lousteau, Rastignac, du Tillet, Bixiou, Nathan, the Comte de Brambourg — all the cream of the dissipated crew — frequented her drawing-room.
Лусто, Растиньяк, дю Тийе, Бисиу, Натан, граф де Брамбур, цвет парижских повес, стали завсегдатаями ее гостиной.
And, as leading ladies in the piece she was playing, Esther accepted Tullia, Florentine, Fanny Beaupre, and Florine — two dancers and two actresses — besides Madame du Val–Noble.
Потом Эстер пригласила в качестве актрис в пьесе, которую она разыгрывала, Туллию, Флорентину, Фанни Бопре, Флорину, – двух актрис и двух танцовщиц, – наконец, г-жу дю Валь-Нобль.
Nothing can be more dreary than a courtesan’s home without the spice of rivalry, the display of dress, and some variety of type.
Нет ничего грустнее дома куртизанки без игры нарядов и пестрой смены лиц, без соли соперничества.
In six weeks Esther had become the wittiest, the most amusing, the loveliest, and the most elegant of those female pariahs who form the class of kept women.
В течение шести недель Эстер стала самой остроумной, самой занимательной, самой прекрасной и самой элегантной из парий женского пола, входящих в разряд содержанок.
Placed on the pedestal that became her, she enjoyed all the delights of vanity which fascinate women in general, but still as one who is raised above her caste by a secret thought.
Поставленная на подобающий ей пьедестал, она вкушала все наслаждения тщеславия, которые прельщают обыкновенных женщин, но вкушала, как женщина, вознесенная тайной мечтою над своей кастой.
скачать в HTML/PDF
share
основано на 1 оценках: 5 из 5 1