6#

Блеск и нищета куртизанок. - параллельный перевод

Изучайте английский язык с помощью параллельного текста книги "Блеск и нищета куртизанок". Метод интервальных повторений для пополнения словарного запаса английских слов. Встроенный словарь. Аналог метода Ильи Франка по изучению английского языка. Всего 756 книг и 2171 познавательный видеоролик в бесплатном доступе.

страница 42 из 560  ←предыдущая следующая→ ...

“She is edifying,” said the Superior, kissing her on the brow.
– Вот назидательный пример, – сказала настоятельница, целуя ее в лоб.
And this essentially Catholic word tells all.
Этим словом, в высшей степени католическим, было все сказано.
In recreation hours Esther would question her companions, but discreetly, as to the simplest matters in fashionable life, which to her were like the first strange ideas of life to a child.
Во время перемен Эстер осторожно расспрашивала подруг о самых простых светских вещах, столь же для нее новых, как первые впечатления для ребенка.
When she heard that she was to be dressed in white on the day of her baptism and first Communion, that she should wear a white satin fillet, white bows, white shoes, white gloves, and white rosettes in her hair, she melted into tears, to the amazement of her companions.
Когда девушка узнала, что в день своего крещения и первого причастия она будет одета во все белое, что у нее будет повязка из белого атласа, белые ленты, белые башмаки, белые перчатки, что у нее будут белые банты в волосах, она залилась слезами в кругу удивленных подруг.
It was the reverse of the scene of Jephtha on the mountain.
То было полной противоположностью сцене с Иевфаем на горе Хорив.
The courtesan was afraid of being understood; she ascribed this dreadful dejection to the joy with which she looked forward to the function.
Куртизанка страшилась разоблачений, и эта странная тоска омрачала радость предвкушения таинства.
As there is certainly as wide a gulf between the habits she had given up and the habits she was acquiring as there is between the savage state and civilization, she had the grace and simplicity and depth which distinguished the wonderful heroine of the American Puritans.
Между нравами, от которых она отказалась, и нравами, к которым она приобщилась, расстояние было не меньшее, нежели между первобытной дикостью и цивилизацией, и своей грацией, наивностью и глубиной она напоминала прелестную героиню американских пуритан.
She had too, without knowing it, a love that was eating out her heart — a strange love, a desire more violent in her who knew everything than it can be in a maiden who knows nothing, though the two forms of desire have the same cause, and the same end in view.
Сама того не ведая, она таила в сердце любовь, подтачивавшую ее силы, любовь женщины, все познавшей, обуреваемой желанием более властным, нежели желание девственницы, ничего не изведавшей, хотя чувства и той и другой имеют один и тот же источник и ведут к одному и тому же концу.
During the first few months the novelty of a secluded life, the surprises of learning, the handiworks she was taught, the practices of religion, the fervency of a holy resolve, the gentle affections she called forth, and the exercise of the faculties of her awakened intelligence, all helped to repress her memory, even the effort she made to acquire a new one, for she had as much to unlearn as to learn.
В первые месяцы новизна затворнической жизни, удовольствие, доставляемое учением, занятия рукоделием, религиозные обряды, усердное выполнение обета, нежная привязанность подруг, наконец, упражнение способностей пробудившегося ума – все, даже усилия овладеть своей памятью, помогло ей подавить воспоминания, ибо ей нужно было от многого отучиться и многому обучиться заново.
скачать в HTML/PDF
share
основано на 1 оценках: 5 из 5 1