6#

Блеск и нищета куртизанок. - параллельный перевод

Изучайте английский язык с помощью параллельного текста книги "Блеск и нищета куртизанок". Метод интервальных повторений для пополнения словарного запаса английских слов. Встроенный словарь. Аналог метода Ильи Франка по изучению английского языка. Всего 772 книги и 2283 познавательных видеоролика в бесплатном доступе.

страница 441 из 560  ←предыдущая следующая→ ...

The reader may now understand what the prison-yard is to the two hundred prisoners in the Conciergerie: their garden — a garden without trees, beds, or flowers — in short, a prison-yard.
Теперь можно понять, что такое тюремный двор для двухсот заключенных в Консьержери: это их сад, сад без деревьев, без земли, без цветов, – словом тюремный двор!
The parlor, and the stone of Saint–Louis, where such food and liquor as are allowed are dispensed, are the only possible means of communication with the outer world.
Приемная и камень Людовика Святого, на котором выставляется для продажи снедь и дозволенные напитки, служат единственным связующим звеном с внешним миром.
The hour spent in the yard is the only time when the prisoner is in the open air or the society of his kind; in other prisons those who are sentenced for a term are brought together in workshops; but in the Conciergerie no occupation is allowed, excepting in the privileged cells.
Только в часы, проводимые в тюремном дворе, заключенный находится на воздухе и среди людей; в других тюрьмах заключенные встречаются и в мастерских, но в Консьержери, разве что только находясь в пистоли, можно чем-нибудь заняться.
There the absorbing idea in every mind is the drama of the Assize Court, since the culprit comes only to be examined or to be sentenced.
Впрочем, все умы поглощены здесь драмой суда присяжных, потому что сюда попадают лишь подследственные до окончания следствия или обвиняемые в ожидании суда!
This yard is indeed terrible to behold; it cannot be imagined, it must be seen.
Это внутренний двор представляет собою страшное зрелище; вообразить его невозможно, надо его видеть хотя бы раз.
In the first place, the assemblage, in a space forty metres long by thirty wide, of a hundred condemned or suspected criminals, does not constitute the cream of society.
Перед вами пространство длиною в сорок метров, шириною в тридцать, где собираются до сотни обвиняемых или подследственных, отнюдь не принадлежащие к избранному обществу.
These creatures, belonging for the most part to the lowest ranks, are poorly clad; their countenances are base or horrible, for a criminal from the upper sphere of society is happily, a rare exception.
Эти отверженные, в большинстве из низших классов, плохо одеты; физиономии у них гнусные или зверские; преступник из высших слоев общества, к счастью, редкое явление.
Peculation, forgery, or fraudulent bankruptcy, the only crimes that can bring decent folks so low, enjoy the privilege of the better cells, and then the prisoner scarcely ever quits it.
Растрата, подлог или злостное банкротство – вот единственные преступления, которые приводят сюда состоятельных людей; впрочем, они пользуются преимуществом занимать пистоли и, попав туда, почти никогда не выходят из своей камеры.
This promenade, bounded by fine but formidable blackened walls, by a cloister divided up into cells, by fortifications on the side towards the quay, by the barred cells of the better class on the north, watched by vigilant warders, and filled with a herd of criminals, all meanly suspicious of each other, is depressing enough in itself; and it becomes terrifying when you find yourself the centre of all those eyes full of hatred, curiosity, and despair, face to face with that degraded crew.
Это место прогулки, обнесенное грозными замшелыми стенами, с башенными укреплениями со стороны набережной, с колоннадой, вмещающей тюремные кельи, с зарешеченными окнами пистолей с северной стороны, охраняемое зоркими надсмотрщиками, запруженное стадом гнусных злодеев, не доверяющих друг другу, нагоняет тоску уже одним своим расположением; но оно и устрашает, как только вы почувствуете себя средоточием всех этих взглядов, полных ненависти, любопытства, отчаяния, очутившись лицом к лицу с этими опозоренными существами.
Not a gleam of gladness! all is gloom — the place and the men.
Здесь не увидеть проблеска радости!
Все мрачно – и место и люди.
All is speechless — the walls and men’s consciences.
Все немо – и стены и совесть.
скачать в HTML/PDF
share
основано на 1 оценках: 5 из 5 1