6#

Блеск и нищета куртизанок. - параллельный перевод

Изучайте английский язык с помощью параллельного текста книги "Блеск и нищета куртизанок". Метод интервальных повторений для пополнения словарного запаса английских слов. Встроенный словарь. Аналог метода Ильи Франка по изучению английского языка. Всего 756 книг и 2171 познавательный видеоролик в бесплатном доступе.

страница 482 из 560  ←предыдущая следующая→ ...

But if I can get you ticketed for Toulon, you can get out and come back to Pantin (Paris), where I will find you a tidy way of living.”
Но я сделаю так, что тебя пошлют в Тулон, ты сбежишь оттуда, воротишься в Пантен, а тут уж я устрою тебе жизнь поприятнее.
A sigh such as had rarely been heard under that inexorable roof struck the stones, which sent back the sound that has no fellow in music, to the ear of the astounded Bibi–Lupin.
Вздох, который редко можно было услышать под этими несокрушимыми сводами, вздох, вызванный радостью избавления, звук, которому нет равного в музыке, отраженный камнем, отдался в ушах изумленного Биби-Люпена.
“It is the effect of the absolution I promised him in return for his revelations,” said Jacques Collin to the gendarme.
“These Corsicans, monsieur, are full of faith!
– Вот что значит отпущение грехов, обещанное мною в награду за чистосердечное признание! – сказал Жак Коллен начальнику тайной полиции. – Эти корсиканцы, видите ли, господин жандарм, люди глубоко верующие!
But he is as innocent as the Immaculate Babe, and I mean to try to save him.”
Но он невиновен, как младенец Иисус, и я попытаюсь его спасти…
“God bless you, Monsieur l’Abbe!” said Theodore in French.
– Да благословит вас бог, господин аббат!.. – сказал Теодор по-французски.
Trompe-la-Mort, more Carlos Herrera, more the canon than ever, left the condemned cell, rushed back to the hall, and appeared before Monsieur Gault in affected horror.
Обмани-Смерть, чувствуя себя больше чем когда-либо каноником Карлосом Эррера, вышел из каземата, быстро прошел по коридору и, явившись к г-ну Го, разыграл душераздирающую сцену.
“Indeed, sir, the young man is innocent; he has told me who the guilty person is!
– Господин начальник, этот юноша невиновен, он указал мне виновного!..
He was ready to die for a false point of honor — he is a Corsican!
Он едва не умер из-за ложно понятого чувства чести… Ведь он корсиканец!
Go and beg the public prosecutor to grant me five minutes’ interview.
Сделайте одолжение, попросите генерального прокурора принять меня, я не задержу его более пяти минут.
Monsieur de Granville cannot refuse to listen at once to a Spanish priest who is suffering so cruelly from the blunders of the French police.”
Господин де Гранвиль не откажется выслушать испанского священника, столь пострадавшего по вине французского правосудия!
“I will go,” said Monsieur Gault, to the extreme astonishment of all the witnesses of this extraordinary scene.
– Иду к нему! – отвечал г-н Го, к великому удивлению зрителей этой необычной сцены.
“And meanwhile,” said Jacques, “send me back to the prison-yard where I may finish the conversion of a criminal whose heart I have touched already — they have hearts, these people!”
– А покуда, – продолжал Жак Коллен, – прикажите вывести меня во двор, ибо я хочу закончить обращение одного преступника, которого уже коснулась благодать… О-о!
У этих людей есть сердце!
This speech produced a sensation in all who heard it.
Это краткое слово вызвало движение среди присутствующих.
The gendarmes, the registry clerk, Sanson, the warders, the executioner’s assistant — all awaiting orders to go and get the scaffold ready — to rig up the machine, in prison slang — all these people, usually so indifferent, were agitated by very natural curiosity.
Жандармы, тюремный писарь, Сансон, смотрители, помощник палача, ожидавшие приказа «закладывать машину», выражаясь тюремным языком, – весь этот мирок, не так легко поддающийся волнению, загорелся вполне понятным любопытством.
Just then the rattle of a carriage with high-stepping horses was heard; it stopped very suggestively at the gate of the Conciergerie on the quay.
В эту минуту с набережной послышался грохот, и экипаж в щегольской упряжке остановился у наружной решетки Консьержери, что явно было неспроста.
The door was opened, and the step let down in such haste, that every one supposed that some great personage had arrived.
Дверца открылась, быстро откинулась подножка; все подумали, что приехала важная особа.
скачать в HTML/PDF
share
основано на 1 оценках: 5 из 5 1