7#

Бэббит. - параллельный перевод

Изучайте английский язык с помощью параллельного текста книги "Бэббит". Метод интервальных повторений для пополнения словарного запаса английских слов. Встроенный словарь. Аналог метода Ильи Франка по изучению английского языка. Всего 760 книг и 2198 познавательных видеороликов в бесплатном доступе.

страница 152 из 369  ←предыдущая следующая→ ...

Some day when I get ready to retire, guess I’ll take to writing and show you boys how to do it.
Погодите, брошу контору, возьмусь за писание — я вам всем покажу, как это делается!
I always used to think I could write better stuff, and more punch and originality, than all this stuff you see printed, and now I’m doggone sure of it!”
Мне и то думалось, что я умею писать лучше, сильнее и оригинальней, чем те, кого обычно печатают.
А теперь я твердо в этом уверен.
He had four copies of the paper typed in black with a gorgeous red title, had them bound in pale blue manilla, and affably presented one to old Ira Runyon, the managing editor of the Advocate-Times, who said yes, indeed yes, he was very glad to have it, and he certainly would read it all through—as soon as he could find time.
Он велел перепечатать доклад в четырех экземплярах, черным шрифтом с великолепным красным заголовком, отдал переплести в светло-голубую папку и любезно преподнес один экземпляр старому Айре Рэньону, главному редактору
«Адвокат-таймса», и тот сказал, — о, да, да, разумеется, он очень рад получить экземпляр и, конечно, прочтет доклад от доски до доски, как только у него будет время.
Mrs. Babbitt could not go to Monarch.
Миссис Бэббит не могла ехать в Монарк.
She had a women’s-club meeting.
На эти дни было назначено собрание женского клуба.
Babbitt said that he was very sorry.
III
Бэббит сказал, что он очень огорчен.
Besides the five official delegates to the convention—Babbitt, Rountree, W.
A.
Rogers, Alvin Thayer, and Elbert Wing—there were fifty unofficial delegates, most of them with their wives.
Кроме пяти официальных делегатов — Бэббита, Раунтри, У.-А.Роджерса, Эльвина Тейера и Эльберта Уинга, — поехало еще пятьдесят неофициальных, большей частью с женами.
They met at the Union Station for the midnight train to Monarch.
Делегаты должны были собраться на вокзале Юнион к поезду на Монарк, отходившему ровно в полночь.
All of them, save Cecil Rountree, who was such a snob that he never wore badges, displayed celluloid buttons the size of dollars and lettered
У всех, кроме Сесиля Раунтри, который был настолько снобом, что вообще не носил никаких значков, были приколоты целлулоидные бляшки величиной в доллар, с надписью:
“We zoom for Zenith.”
«Пусть звенит Зенит!»
The official delegates were magnificent with silver and magenta ribbons.
Официальные делегаты блистали лиловыми с серебром перевязями.
Martin Lumsen’s little boy Willy carried a tasseled banner inscribed
Сынишка Мартина Ламсена нес знамя с кистями и с надписью:
“Zenith the Zip City—Zeal, Zest and Zowie—1,000,000 in 1935.”
«Зенит — в зените славы!
Задор, Закалка, Знание!
В 1935 — миллион жителей!»
As the delegates arrived, not in taxicabs but in the family automobile driven by the oldest son or by Cousin Fred, they formed impromptu processions through the station waiting-room.
Делегаты подъезжали, конечно, не в такси, а на собственных машинах, которыми правил старший сын либо кузен Фред, и в зале ожидания возникла настоящая импровизированная демонстрация.
It was a new and enormous waiting-room, with marble pilasters, and frescoes depicting the exploration of the Chaloosa River Valley by Pere Emile Fauthoux in 1740.
Зал ожидания был новый, огромный, с мраморными колоннами и фресками, изображавшими экспедицию патера Эмиля Фоти в долину реки Чалузы в 1740 году.
The benches were shelves of ponderous mahogany; the news-stand a marble kiosk with a brass grill.
Скамьи были из цельного красного дерева, газетный киоск — мраморный с медной обрешеткой.
Down the echoing spaces of the hall the delegates paraded after Willy Lumsen’s banner, the men waving their cigars, the women conscious of their new frocks and strings of beads, all singing to the tune of Auld Lang Syne the official City Song, written by Chum Frink:
По гулкому простору зала делегаты прошли вереницей, во главе с Вилли Ламсеном, несшим знамя, мужчины — размахивая сигарами, женщины, гордясь своими новыми платьями и бусами, — и все пели на мотив
«Забыть ли старую любовь…» официальный гимн Зенита, написанный Чамом Фринком:
скачать в HTML/PDF
share