7#

Бэббит. - параллельный перевод

Изучайте английский язык с помощью параллельного текста книги "Бэббит". Метод интервальных повторений для пополнения словарного запаса английских слов. Встроенный словарь. Аналог метода Ильи Франка по изучению английского языка. Всего 766 книг и 2212 познавательных видеороликов в бесплатном доступе.

страница 87 из 369  ←предыдущая следующая→ ...

The room was very still.
В комнате стояла тишина.
It was a room which observed the best Floral Heights standards.
В этой комнате были соблюдены все самые высокие требования, какие предъявлялись на Цветущих Холмах.
The gray walls were divided into artificial paneling by strips of white-enameled pine.
Серые стены были искусственно разбиты на панели лакированными белыми планками.
From the Babbitts’ former house had come two much-carved rocking-chairs, but the other chairs were new, very deep and restful, upholstered in blue and gold-striped velvet.
Правда, Бэббиты перевезли из прежней квартиры две старинные качалки, не в меру разукрашенные резьбой, но зато все остальные кресла были новые — очень глубокие и удобные, крытые синим, в золотистую полоску бархатом.
A blue velvet davenport faced the fireplace, and behind it was a cherrywood table and a tall piano-lamp with a shade of golden silk. (Two out of every three houses in Floral Heights had before the fireplace a davenport, a mahogany table real or imitation, and a piano-lamp or a reading-lamp with a shade of yellow or rose silk.)
Перед камином стояла синяя бархатная кушетка, рядом — стол красного дерева и высокий торшер с золотистым абажуром. (Из каждых трех гостиных на Цветущих Холмах в двух перед камином стояла кушетка, стол красного дерева — настоящий или подделка, — торшер либо высокая настольная лампа с абажуром желтого или розового шелка.)
On the table was a runner of gold-threaded Chinese fabric, four magazines, a silver box containing cigarette-crumbs, and three “gift-books”—large, expensive editions of fairy-tales illustrated by English artists and as yet unread by any Babbitt save Tinka.
На столе лежала вышитая золотом китайская дорожка, четыре журнала, а рядом серебряная коробочка с крошками табаку на дне и три «подарочные» книги — огромные дорогие издания сказок с иллюстрациями английских художников, никем из Бэббитов, кроме Тинки, не читанные.
In a corner by the front windows was a large cabinet Victrola. (Eight out of every nine Floral Heights houses had a cabinet phonograph.)
В углу у окон стояла большая кабинетная виктрола (в восьми из девяти гостиных на Цветущих Холмах стояли такие кабинетные граммофоны).
Among the pictures, hung in the exact center of each gray panel, were a red and black imitation English hunting-print, an anemic imitation boudoir-print with a French caption of whose morality Babbitt had always been rather suspicious, and a “hand-colored” photograph of a Colonial room—rag rug, maiden spinning, cat demure before a white fireplace. (Nineteen out of every twenty houses in Floral Heights had either a hunting-print, a Madame Feit la Toilette print, a colored photograph of a New England house, a photograph of a Rocky Mountain, or all four.)
Среди картин, развешанных строго симметрично посреди каждой серой панели, красовалась подделка под английскую гравюру, изображавшая охоту, бесцветная репродукция какой-то жанровой картинки с французской подписью, в нравственности которой Бэббит всегда сильно сомневался, и раскрашенная «от руки» фотография старинной комнаты — вязаный коврик, девушка у прялки, смирная кошечка перед белой печью. (Из двадцати домов на Цветущих Холмах в девятнадцати висела охотничья гравюра или репродукция
«Madame fait la toilette», раскрашенная фотография старинного дома в Новой Англии или пейзаж Скалистых гор, — а то и все четыре картины вместе.)
It was a room as superior in comfort to the “parlor” of Babbitt’s boyhood as his motor was superior to his father’s buggy.
Эта гостиная была настолько же лучше жилой комнаты в родительском доме Бэббита, насколько его автомобиль был лучше отцовской брички.
Though there was nothing in the room that was interesting, there was nothing that was offensive.
И хотя ничего интересного в гостиной не было, она не оскорбляла глаза.
It was as neat, and as negative, as a block of artificial ice.
Чистая, безликая, она походила на кусок искусственного льда.
скачать в HTML/PDF
share