5#

Война и мир. Книга третья: 1805. - параллельный перевод

Изучайте английский язык с помощью параллельного текста книги "Война и мир. Книга третья: 1805". Метод интервальных повторений для пополнения словарного запаса английских слов. Встроенный словарь. Аналог метода Ильи Франка по изучению английского языка. Всего 686 книг и 1999 познавательных видеороликов в бесплатном доступе.

страница 87 из 122  ←предыдущая следующая→ ...

The chief thing is that the Emperor is here.
Главное теперь – государь тут.
How he looked at me and wished to say something, but dared not....
No, it was I who dared not.
Как он на меня смотрел, и хотелось ему что‑то сказать, да он не смел… Нет, это я не смел.
But that's nonsense, the chief thing is not to forget the important thing I was thinking of.
Да это пустяки, а главное – не забывать, что я нужное‑то думал, да.
Yes, Na-tasha, sabretache, oh, yes, yes!
На – ташку, нас – тупить, да, да, да.
That's right!"
And his head once more sank to his horse's neck.
Это хорошо». – И он опять упал головой на шею лошади.
All at once it seemed to him that he was being fired at.
Вдруг ему показалось, что в него стреляют.
"What?
«Что?
What?
Что?
What?...
Cut them down!
Что!… Руби!
What?..." said Rostov, waking up.
Что?…» заговорил, очнувшись, Ростов.
At the moment he opened his eyes he heard in front of him, where the enemy was, the long-drawn shouts of thousands of voices.
В то мгновение, как он открыл глаза, Ростов услыхал перед собою там, где был неприятель, протяжные крики тысячи голосов.
His horse and the horse of the hussar near him pricked their ears at these shouts.
Лошади его и гусара, стоявшего подле него, насторожили уши на эти крики.
Over there, where the shouting came from, a fire flared up and went out again, then another, and all along the French line on the hill fires flared up and the shouting grew louder and louder.
На том месте, с которого слышались крики, зажегся и потух один огонек, потом другой, и по всей линии французских войск на горе зажглись огни, и крики всё более и более усиливались.
Rostov could hear the sound of French words but could not distinguish them.
Ростов слышал звуки французских слов, но не мог их разобрать.
The din of many voices was too great; all he could hear was: "ahahah!" and "rrrr!"
Слишком много гудело голосов.
Только слышно было: аааа! и рррр!
"What's that?
– Что это?
What do you make of it?" said Rostov to the hussar beside him.
"That must be the enemy's camp!"
Ты как думаешь? – обратился Ростов к гусару, стоявшему подле него. – Ведь это у неприятеля?
The hussar did not reply.
Гусар ничего не ответил.
"Why, don't you hear it?"
Rostov asked again, after waiting for a reply.
– Что ж, ты разве не слышишь? – довольно долго подождав ответа, опять спросил Ростов.
"Who can tell, your honor?" replied the hussar reluctantly.
– А кто ё знает, ваше благородие, – неохотно отвечал гусар.
"From the direction, it must be the enemy," repeated Rostov.
– По месту должно быть неприятель? – опять повторил Ростов.
"It may be he or it may be nothing," muttered the hussar.
"It's dark...
– Може он, а може, и так, – проговорил гусар, – дело ночное.
Steady!" he cried to his fidgeting horse.
Ну! шали! – крикнул он на свою лошадь, шевелившуюся под ним.
Rostov's horse was also getting restive: it pawed the frozen ground, pricking its ears at the noise and looking at the lights.
Лошадь Ростова тоже торопилась, била ногой по мерзлой земле, прислушиваясь к звукам и приглядываясь к огням.
The shouting grew still louder and merged into a general roar that only an army of several thousand men could produce.
Крики голосов всё усиливались и усиливались и слились в общий гул, который могла произвести только несколько‑тысячная армия.
The lights spread farther and farther, probably along the line of the French camp.
Огни больше и больше распространялись, вероятно, по линии французского лагеря.
Rostov no longer wanted to sleep.
Ростову уже не хотелось спать.
The gay triumphant shouting of the enemy army had a stimulating effect on him.
"Vive l'Empereur!
L'Empereur!" he now heard distinctly.
Веселые, торжествующие крики в неприятельской армии возбудительно действовали на него: Vive l'empereur, l'empereur! [Да здравствует император, император!] уже ясно слышалось теперь Ростову.
скачать в HTML/PDF
share