4#

В людях. - параллельный перевод

Изучайте английский язык с помощью параллельного текста книги "В людях". Метод интервальных повторений для пополнения словарного запаса английских слов. Встроенный словарь. Аналог метода Ильи Франка по изучению английского языка. Всего 815 книг и 2638 познавательных видеороликов в бесплатном доступе.

страница 324 из 354  ←предыдущая следующая→ ...

One felt that something had come into his life which was known only to himself, which had lacerated his heart; and that he was living not sensibly, or willingly, but simply by force of habit.
Чувствовалось, что в его жизни произошло что-то, никому кроме него неведомое, подорвало ему сердце, и теперь он жил не уверенно, не охотно, а как-то так, по привычке.
On Sundays from dinner-time till nine o’clock I was free to go out and about, and the evenings I spent at a tavern in Yamski Street.
The host, a stout and always perspiring man, was passionately fond of singing, and the choristers of most of the churches knew this, and used to frequent his house.
He treated them with vodka, beer, or tea, for their songs.
По праздникам, от обеда до девяти часов, я уходил гулять, а вечером сидел в трактире на Ямской улице; хозяин трактира, толстый и всегда потный человек. страшно любил пение, это знали певчие почти всех церковных хоров и собирались у него; он угощал их за песни водкой, пивом, чаем.
The choristers were a drunken and uninteresting set of people; they sang unwillingly, only for the sake of the hospitality, and almost always it was church music.
As certain of the pious drunkards did not consider that the tavern was the place for them, the host used to invite them to his private room, and I could only hear the singing through the door.
Певчие народ пьяный и малоинтересный; пели они неохотно, только ради угощения, и почти всегда церковное, а так как благочестивые пьяницы считали, что церковному в трактире не место, хозяин приглашал их к себе в комнату, а я мог слушать пение только сквозь дверь.
But frequently peasants from the villages, and artisans came.
The tavern-keeper himself used to go about the town inquiring for singers, asking the peasants who came in on market-days, and inviting them to his house.
Но нередко в трактире певали деревенские мужики, мастеровые,- трактирщик сам разыскивал певцов по городу, расспрашивал о них в базарные дни у приезжих крестьян и приглашал к себе.
The singer was always given a chair close to the bar, his back to a cask of vodka; his head was outlined against the bottom of the cask as if it were in a round frame.
Певец всегда садился на стул у стойки буфета, под бочонком водки,голова его рисовалась на дне бочонка, как в круглой раме.
The best singer of all — and they were always particularly good singers — was the small, lean harness — maker, Kleshtchkov, who looked as if he had been squeezed, and had tufts of red hair on his head.
His little nose gleamed like that of a corpse; his. benign, dreamy eyes were immovable.
Лучше всех - и всегда какие-то особенно хорошие песни - пел маленький, тощий шорник Клещов, человек мятый, жеваный, в клочьях рыжих волос; носишко у него блестел, точно у покойника, крошечные сонные глаза были неподвижны.
Sometimes he closed his eyes, leaned the back of his head against the bottom of the cask, protruding his chest, and in his soft but all-conquering tenor voice sang the quick moving:
Бывало, закроет он их, прислонится Ко дну бочонка затылком и, выпятив грудь, тихим, но всепобеждающим тенорком заведет скороговоркой:
скачать в HTML/PDF
share