5#

Господа Головлевы. - параллельный перевод

Изучайте английский язык с помощью параллельного текста книги "Господа Головлевы". Метод интервальных повторений для пополнения словарного запаса английских слов. Встроенный словарь. Аналог метода Ильи Франка по изучению английского языка. Всего 802 книги и 2475 познавательных видеороликов в бесплатном доступе.

страница 259 из 317  ←предыдущая следующая→ ...

Yevpraksia, apparently, was not prepared for this question.
К этому вопросу Евпраксеюшка, по-видимому, не приготовилась.
She stared at Yudushka and kept silence, as if wondering what she really wanted of him.
Она уставилась в Иудушку глазами и молчала, словно размышляя, чего ей, в самом деле, надобно?
"So you call me a strumpet already?" she exclaimed, bursting into tears.
— Вот как! уж девкой гулящей звать стали! — вскрикнула она, заливаясь слезами.
"Yes, a strumpet, a strumpet, a strumpet!
Fie, fie, fie!"
— Да! девка гулящая! девка, девка! тьфу! тьфу! тьфу!
Utterly enraged, Porfiry Vladimirych leapt to his feet and ran out of the room.
Порфирий Владимирыч окончательно вышел из себя, вскочил с места и почти бегом выбежал из столовой.
That was the last flicker of energy.
Это была последняя вспышка энергии, которую он позволил себе.
Then he began rapidly to collapse, while Yevpraksia kept up her campaign.
Затем он как-то быстро осунулся, отупел и струсил, тогда как приставаньям Евпраксеюшки и конца не было видно.
She had enormous power at her disposal, the stubbornness of stupidity, sometimes truly appalling because always trained upon the same point with the sole object of annoying, teasing, plaguing.
У ней была в распоряжении громадная сила: упорство тупоумия, и так как эта сила постоянно била в одну точку: досадить, изгадить жизнь, то по временам она являлась чем-то страшным.
Little by little the confines of the dining-room became too narrow for her.
She invaded the study and attacked Yudushka within the precincts of that sanctuary, into which she would not even have thought of entering formerly when her master was "busy."
Мало-помалу арена столовой сделалась недостаточною для нее; она врывалась в кабинет и там настигала Иудушку (прежде она и подумать не посмела бы войти туда, когда барин «занят»).
She would come in, seat herself at the window, stare into space, scratch her shoulder blades on the post of the window, and begin to storm at him.
Придет, сядет к окну, упрется посоловелыми глазами в пространство, почешется лопатками об косяк и начнет колобродить.
She was especially fond of harping on the threat of leaving Golovliovo.
В особенности же пришлась ей по сердцу одна тема для разговоров — тема, в основании которой лежала угроза оставить Головлево.
As a matter of fact, she had never seriously thought of carrying out her threat, and she would have been astonished had anyone suggested to her that she return to her parental roof.
But she suspected that Porfiry Vladimirych feared her desertion more than anything else, and she spared neither time nor energy in taking advantage of this.
В сущности, она никогда серьезно об этом не думала и даже была бы очень изумлена, если б ей вдруг предложили возвратиться в родительский дом; но она догадывалась, что Порфирий Владимирыч пуще всего боится, чтоб она не ушла.
She approached the subject cautiously and in a roundabout way.
Приговаривалась она к этому предмету всегда помаленьку, окольными путями.
She would sit a while, scratch her ear, and then remark, as if in a reminiscent frame of mind:
Помолчит, почешет в ухе и вдруг словно бы что вспомнит.
"To-day, I suppose, they are baking pancakes at father's."
— Сегодня у Николы, поди, блины пекут!
At this prefatory remark Yudushka would grow green with rage.
Порфирий Владимирыч при этом вступлении зеленеет от злости.
He was just getting ready to plunge into a complicated computation of how much he would get for his milk if all the cows of the neighborhood perished and none but his own, with God's help, remained unharmed and doubled their yield of milk.
Перед этим он только что начал очень сложное вычисление — на какую сумму он может продать в год молока, ежели все коровы в округе примрут, а у него одного, с божьею помощью, не только останутся невредимы, но даже будут давать молока против прежнего вдвое.
Однако, ввиду прихода Евпраксеюшки и поставленного ею вопроса о блинах, он оставляет свою работу и даже усиливается улыбнуться.
"Why are they baking pancakes there?" he asked, trying to force a smile.
"Goodness, to-day is Memorial Day!
Isn't it stupid of me to have forgotten about it?
— Отчего же там блины пекут? — спрашивает он, осклабляясь всем лицом своим, — ах, батюшки, да ведь и в самом деле, родительская сегодня! а я-то, ротозей, и позабыл!
скачать в HTML/PDF
share