5#

Господа Головлевы. - параллельный перевод

Изучайте английский язык с помощью параллельного текста книги "Господа Головлевы". Метод интервальных повторений для пополнения словарного запаса английских слов. Встроенный словарь. Аналог метода Ильи Франка по изучению английского языка. Всего 802 книги и 2475 познавательных видеороликов в бесплатном доступе.

страница 281 из 317  ←предыдущая следующая→ ...

No one appearing to receive her, the stranger hopped over to the maids' entrance.
In a few seconds the outer door in the women's quarters banged shut, then another door, and another, until all the rooms adjacent to the maids' entrance were filled with a noise of hurried footsteps and banging doors.
Особа эта, никем не встреченная, вприскочку побежала на девичье крыльцо, и через несколько секунд уж слышно было, как хлопнула в девичьей дверь, а следом за этим опять хлопнула другая дверь, а затем во всех ближайших к выходу комнатах началась ходьба, хлопанье и суета.
Porfiry Vladimirych stood at his study door listening intently.
Порфирий Владимирыч стоял у двери кабинета и прислушивался.
It was so long since he had seen any strangers, and altogether he had become so unaccustomed to the company of human beings, that he was somewhat bewildered.
Он так давно не видал никого постороннего и вообще так отвык от общества людей, что его взяла оторопь.
Nearly a quarter of an hour passed, the running and the banging of the doors continued, and yet he was not told who had come.
Прошло с четверть часа; ходьба и хлопанье дверью не перемежались, а ему все еще не докладывали.
Это еще больше взволновало его.
It was clear that the guest was a relative, who did not doubt her right to the host's hospitality.
Ясно, что приезжая принадлежала к числу лиц, которые, в качестве «присных», не дают никакого повода сомневаться относительно своих прав на гостеприимство.
But what relatives had he?
Кто же у него «присные»?
He tried to recall them, but his memory was dull.
Он начал припоминать, но память как-то тупо ему служила.
He had had two sons, Volodka and Petka; he had had a mother, Arina Petrovna—long, long ago!
Был у него сын Володька да сын Петька, была маменька Арина Петровна… давно, ах, давно это было!
Last autumn Nadka Galkina, daughter of his late aunt Varvara Mikhailovna, had taken up her residence at Goryushkino.
Could it be she?
Вот в Горюшкине с прошлой осени поселилась Надька Галкина, покойной тетеньки Варвары Михайловны дочь — неужто ж она?
Why, no.
She had already tried to make her way into the Golovliovo temple, but to no avail.
Да нет, та уж однажды пыталась ворваться в головлевское капище, да шиш съела! —
"She will not dare to, she will not dare to!" reiterated Yudushka, burning with indignation at the very thought of her intrusion.
«Не смеет она! не посмеет!» — твердил Иудушка, приходя в негодование при одной мысли о возможности приезда Галкиной.
"But who else can it be?"
Но кто же может быть еще?
While he was busy guessing, Yevpraksia approached the door cautiously and announced:
Покуда он таким образом припоминал, Евпраксеюшка
осторожно подошла к двери и доложила:
"The young lady of Pogorelka, Anna Semyonovna, has arrived."
— Погорелковская барышня, Анна Семеновна. приехала.
It was indeed Anninka, but changed beyond recognition.
Действительно, это была Аннинька.
Но она до такой степени изменилась, что почти не было возможности узнать ее.
She was no longer the beautiful, lively, buoyant girl with rosy cheeks, full gray eyes, high breast and heavy, ash-colored tresses massed low on her head, who had come to Golovliovo shortly after the death of Arina Petrovna, but a weak, wasted creature with a sunken chest, hollow cheeks, a hectic face and languid movements—a bent creature, almost hunch-backed.
В Головлево явилась на этот раз уж не та красивая, бойкая и кипящая молодостью девушка, с румяным лицом, серыми глазами навыкате, с высокой грудью и тяжелой пепельной косой на голове, которая приезжала сюда вскоре после смерти Арины Петровны, а какое-то слабое, тщедушное существо с впалой грудью, вдавленными щеками, с нездоровым румянцем, с вялыми телодвижениями, существо сутулое, почти сгорбленное.
Even her splendid braids looked miserable, and her eyes, blazing feverishly, seemed larger than ever in her emaciated face.
Her eyes alone retained something of their former beauty.
Даже великолепная ее коса выглядела как-то мизерно, и только глаза, вследствие общей худобы лица, казались еще больше, нежели прежде, и горели лихорадочным блеском.
скачать в HTML/PDF
share