5#

Господа Головлевы. - параллельный перевод

Изучайте английский язык с помощью параллельного текста книги "Господа Головлевы". Метод интервальных повторений для пополнения словарного запаса английских слов. Встроенный словарь. Аналог метода Ильи Франка по изучению английского языка. Всего 802 книги и 2475 познавательных видеороликов в бесплатном доступе.

страница 294 из 317  ←предыдущая следующая→ ...

It seemed rather funny, but also flattering, that she had so easily gotten hold of this big, powerful man, who could bend and straighten out a horseshoe without effort, and whom she could order about and do with as she wished.
Ей казалось немножко смешно, но и лестно, что она так легко приобрела себе этого рослого и сильного купчину, который шутя может подкову согнуть и разогнуть и которому она может все приказать, и что захочет, то с ним и сделает.
The supper was crowned by that drunken, disorderly gaiety in which neither the head nor the heart takes a part, and which results only in headaches and nausea.
За ужином началось общее веселье, то пьяное, беспорядочное веселье, в котором не принимают участия ни ум, ни сердце и от которого на другой день болит голова и ощущаются позывы на тошноту.
The tragedian Miloslavsky X was the only one who looked gloomy and declined champagne, preferring plain vodka, which he gulped down glass after glass.
Только один из присутствующих, трагик Милославский 10-й, глядел угрюмо и, уклоняясь от шампанского, рюмка за рюмкой хлопал водку-простеца.
As to Anninka, she abstained from drink for some time, but Kukishev was insistent.
He went down on his knees and implored her:
Что касается до Анниньки, то она некоторое время воздерживалась от «упоения»; но Кукишев был так настоятелен и так жалко умолял на коленях:
"Anna Semyonovna, it is your turn.
I beseech you.
For your happiness, for friendship and love.
«Анна Семеновна! за вами дюбет-с (debet)!
Позвольте просить-с! за наше блаженство-с! совет да любовь-с!
Do us a favor."
She was annoyed by his foolish figure and foolish talk, yet she could not refuse, and before she had time to collect her thoughts, she was already dizzy.
Сделайте ваше одолжение-с!» — что ей хоть и досадно было видеть его глупую фигуру и слушать его глупые речи, но она все-таки не могла отказаться и не успела опомниться, как у нее закружилась голова.
Lubinka, for her part, was so magnanimous that she herself asked her sister to sing,
Любинька, с своей стороны, была так великодушна, что сама предложила Анниньке спеть
"How I did love it with my mash."
Anninka performed it so well that everybody exclaimed,
«Ах, как было мне приятно с этим милым усачом», что последняя и выполнила с таким совершенством, что все воскликнули:
"Ah, that was just like Matryusha the gypsy."
«Вот это так уж точно… по-Матрешиному!»
Then Lubinka sang an obscene song of a different kind, and at once convinced everybody that that kind of singing was her real genre, in which she had no rivals, just as Anninka had none in the gypsy songs.
Взамен того, Любинька мастерски спела куплеты о том, как приятно быть подполковником, и всех сразу убедила, что это настоящий ее жанр, в котором у нее точно так же нет соперниц, как у Анниньки — в песнях с цыганским пошибом.
In conclusion, Miloslavsky X and Nalimova presented a "masquerade scene" in which the tragedian recited parts from Ugolino (a tragedy in five acts, by Polevoy), and Nalimova followed with a scene from an unpublished tragedy of Barkov.
В заключение Милославский 10-й и девица Налимова представили «сцену-маскарад», в которой трагик декламировал отрывки из
«Уголино» («Уголино», трагедия в 5-ти действиях, соч.
Н.
Полевого), а Налимова подавала ему реплики из неизданной трагедии Баркова.
The result was so unexpected that Nalimova nearly eclipsed the two sisters and almost became the heroine of the evening.
Выходило нечто до такой степени неожиданное, что девица Налимова чуть-чуть не затмила девиц Погорельских и не сделалась героинею вечера.
It was already dawn when Kukishev, leaving the charming hostess, helped Anninka into her carriage.
Было уже почти светло, когда Кукишев, оставивши дорогую именинницу, усаживал Анниньку в коляску.
Pious townspeople were coming from matins.
At the sight of Anninka, elaborately attired and somewhat unsteady on her feet, they muttered darkly,
Благочестивые мещане возвращались от заутрени и, глядя на расфранченную и слегка пошатывавшуюся девицу Погорельскую 1-ю, угрюмо ворчали:
"People are coming out of church, and they are gulping wine.
A curse on them!"
— Люди из церкви идут, а они вино жрут… пропасти на вас нет!
скачать в HTML/PDF
share