5#

Господа Головлевы. - параллельный перевод

Изучайте английский язык с помощью параллельного текста книги "Господа Головлевы". Метод интервальных повторений для пополнения словарного запаса английских слов. Встроенный словарь. Аналог метода Ильи Франка по изучению английского языка. Всего 802 книги и 2475 познавательных видеороликов в бесплатном доступе.

страница 4 из 317  ←предыдущая следующая→ ...

Her husband was a trifling creature, and drank.
Arina Petrovna used to say of herself that she was neither a widow nor a married woman.
Some of the children were in St. Petersburg, the others took after their father and were relegated to the class of "horrid creatures," who were unfit for household duties.
Муж у нее — человек легкомысленный и пьяненький (Арина Петровна охотно говорит об себе, что она — ни вдова, ни мужняя жена); дети частью служат в Петербурге, частью — пошли в отца и, в качестве «постылых», не допускаются ни до каких семейных дел.
In these circumstances Arina Petrovna soon began to feel all left alone, and grew totally disaccustomed to family life, although the word "family" was constantly on her lips, and outwardly she seemed to be exclusively guided in all her work by the desire to build up the family estate and keep the family affairs in order.
При этих условиях Арина Петровна рано почувствовала себя одинокою, так что, говоря по правде, даже от семейной жизни совсем отвыкла, хотя слово «семья» не сходит с ее языка и, по наружности, всеми ее действиями исключительно руководят непрестанные заботы об устройстве семейных дел.
The head of the family, Vladimir Mikhailych Golovliov, was known from his youth as a dissolute, quarrelsome fellow, with nothing in his character that would be sympathetic to a serious, active woman like Arina Petrovna.
Глава семейства, Владимир Михайлыч Головлев, еще смолоду был известен своим безалаберным и озорным характером, и для Арины Петровны, всегда отличавшейся серьезностью и деловитостью, никогда ничего симпатичного не представлял.
He led a lazy, good-for-nothing existence, usually stayed locked up in his room, where he imitated the warble of the starlings, the crowing of cocks, and the like, and composed ribald doggerel.
Он вел жизнь праздную и бездельную, чаще всего запирался у себя в кабинете, подражал пению скворцов, петухов и т. д. и занимался сочинением так называемых «вольных стихов».
In bursts of confidence he would boast that he had been a friend of the poet Barkov, intimating that the poet had blessed him on his deathbed.
В минуты откровенных излияний он хвастался тем, что был другом Баркова и что последний будто 6ы даже благословил его на одре смерти.
Arina Petrovna disliked her husband's verses from the very first.
"Nasty stuff!"
"Trash!" she called them.
And since Vladimir Mikhailych's very object in marrying had been to have someone ever at hand to listen to his poetry, the result was that quarrels soon began, which grew worse and worse and more frequent until they ended with Arina Petrovna utterly indifferent and contemptuous of her clown husband, and Vladimir Mikhailych hating his wife sincerely, with a hatred considerably mixed with fear.
Арина Петровна сразу не залюбила стихов своего мужа, называла их паскудством и паясничаньем, а так как Владимир Михайлыч собственно для того и женился, чтобы иметь всегда под рукой слушателя для своих стихов, то понятно, что размолвки не заставили долго ждать себя.
Постепенно разрастаясь и ожесточаясь, размолвки эти кончились, со стороны жены, полным и презрительным равнодушием к мужу-шуту, со стороны мужа — искреннею ненавистью к жене, ненавистью, в которую, однако ж, входила значительная доля трусости.
The husband called the wife a "hag" and a "devil"; the wife called the husband a "windmill" and a "balalaika without strings."
Муж называл жену «ведьмою» и «чертом», жена называла мужа — «ветряною мельницей» и «бесструнной балалайкой».
They lived together in this way for more than forty years, and it never occurred to either of them that there was anything unnatural in such a life.
Находясь в таких отношениях, они пользовались совместною жизнью в продолжение с лишком сорока лет, и никогда ни тому, ни другой не приходило в голову, чтобы подобная жизнь заключала в себе что-либо противоестественное.
скачать в HTML/PDF
share