5#

Господа Головлевы. - параллельный перевод

Изучайте английский язык с помощью параллельного текста книги "Господа Головлевы". Метод интервальных повторений для пополнения словарного запаса английских слов. Встроенный словарь. Аналог метода Ильи Франка по изучению английского языка. Всего 802 книги и 2475 познавательных видеороликов в бесплатном доступе.

страница 8 из 317  ←предыдущая следующая→ ...

Now there began for him endless visits to various government offices.
Начались скитания по департаментам и канцеляриям.
He had neither patrons nor the determination to make his own way by hard work.
Протекции у него не было, охоты пробить дорогу личным трудом — никакой.
The lad's mind had lost so completely the habit of concentration that bureaucratic tasks such as the drawing up of briefs and case abstracts were beyond his power.
Праздная мысль молодого человека до того отвыкла сосредоточиваться, что даже бюрократические испытания, вроде докладных записок и экстрактов из дел, оказывались для нее непосильными.
After four years of struggle Stepan was forced to admit that there was no hope of his ever rising above the rank of a government clerk.
Четыре года бился Головлев в Петербурге и наконец должен был сказать себе, что надежда устроиться когда-нибудь выше канцелярского чиновника для него не существует.
In reply to his lamentations, Arina Petrovna wrote him a stern letter which began with the words:
"I was sure that would happen," and wound up with a command to return at once to Moscow.
В ответ на его сетования Арина Петровна написала грозное письмо, начинавшееся словами: «я зараньше в сем была уверена» и кончавшееся приказанием явиться в Москву.
There, at the conclave of Arina Petrovna's favorite peasants, it was decided to place Simple Simon in the Aulic Court, entrusting him to the care of a pettifogger who from time immemorial had been the legal adviser of the Golovliov family.
Там, в совете излюбленных крестьян, было решено определить Степку-балбеса в надворный суд, поручив его надзору подьячего, который исстари ходатайствовал по головлевским делам.
What Stepan Vladimirych did in the Aulic Court and how he behaved there is a mystery.
What is certain is that at the end of the third year he was there no longer.
Что делал и как вел себя Степан Владимирыч в надворном суде — неизвестно, но через три года его уж там не было.
Then Arina Petrovna took a heroic measure.
She "threw her son a bone," which was also supposed to fill the part of the "parental blessing," that is to say, the patrimony.
Тогда Арина Петровна решилась на крайнюю меру: она «выбросила сыну кусок», который, впрочем, в то же время должен был изображать собою и «родительское благословение».
"The bone" consisted of a house in Moscow, for which she had paid twelve thousand rubles.
Кусок этот состоял из дома в Москве, за который Арина Петровна заплатила двенадцать тысяч рублей.
For the first time in his life Stepan Golovliov breathed freely.
В первый раз в жизни Степан Головлев вздохнул свободно.
The house promised to bring him an income of a thousand silver rubles, a sum which in comparison with his former income, seemed like genuine prosperity.
Дом обещал давать тысячу рублей серебром дохода, и сравнительно с прежним эта сумма представлялась ему чем-то вроде заправского благосостояния.
He kissed his mamma's hand effusively, and promised to justify her kindness, whereupon Arina Petrovna said:
"That's better; but mind you, you numskull, that's all you get from me!"
Он с увлечением поцеловал у маменьки ручку («то-то же, смотри у меня, балбес! не жди больше ничего!» — молвила при этом Арина Петровна) и обещал оправдать оказанную ему милость.
But, alas! so little was he used to handling money, so absurd was his estimation of real values in life, that before long what he thought to be a fabulous revenue proved insufficient.
Но, увы! он так мало привык обращаться с деньгами, так нелепо понимал размеры действительной жизни, что сказочной годовой тысячи рублей достало очень ненадолго.
скачать в HTML/PDF
share