5#

Граф Монте Кристо 3 часть. - параллельный перевод

Изучайте английский язык с помощью параллельного текста книги "Граф Монте Кристо 3 часть". Метод интервальных повторений для пополнения словарного запаса английских слов. Встроенный словарь. Аналог метода Ильи Франка по изучению английского языка. Всего 586 книг и 1830 познавательных видеороликов в бесплатном доступе.

страница 328 из 391  ←предыдущая следующая→ ...

Villefort interrupted him; he had neither listened nor heard.
Вильфор, не слушая, перебил его.
"Oh, I will find it," he cried; "you may pretend he is not here, but I will find him, though I dig forever!"
– Я найду его, – сказал он, – не говорите мне, что его здесь нет, я его найду, хоть бы мне пришлось искать его до Страшного суда.
Monte Cristo drew back in horror.
Монте-Кристо отшатнулся.
"Oh," he said, "he is mad!"
– Он сошел с ума! – сказал он.
And as though he feared that the walls of the accursed house would crumble around him, he rushed into the street, for the first time doubting whether he had the right to do as he had done.
И, словно страшась, что на него обрушатся стены этого проклятого дома, он выбежал на улицу, впервые усомнившись – имел ли он право поступать так, как поступил.
"Oh, enough of this,--enough of this," he cried; "let me save the last."
– Довольно, довольно, – сказал он, – пощадим последнего!
On entering his house, he met Morrel, who wandered about like a ghost awaiting the heavenly mandate for return to the tomb.
Придя домой, Монте-Кристо застал у себя Морреля; он бродил по комнатам, как безмолвный призрак, который ждет назначенного ему богом часа, чтобы вернуться в свою могилу.
"Prepare yourself, Maximilian," he said with a smile; "we leave Paris to-morrow."
– Приготовьтесь, Максимилиан, – сказал ему с улыбкой Монте-Кристо, – завтра мы покидаем Париж.
"Have you nothing more to do there?" asked Morrel.
– Разве вам здесь больше нечего делать? – спросил Моррель.
"No," replied Monte Cristo;
"God grant I may not have done too much already."
The next day they indeed left, accompanied only by Baptistin.
Haidee had taken away Ali, and Bertuccio remained with Noirtier.
– Нечего, – отвечал Монте-Кристо, – боюсь, что я и так сделал слишком много.
Chapter 112.
XV.
The Departure.
Отъезд
The recent event formed the theme of conversation throughout all Paris.
События последних недель взволновали весь Париж.
Emmanuel and his wife conversed with natural astonishment in their little apartment in the Rue Meslay upon the three successive, sudden, and most unexpected catastrophes of Morcerf, Danglars, and Villefort.
Эмманюель и его жена, сидя в маленькой гостиной на улице Меле, обсуждали их с вполне понятным недоумением; они чувствовали какую-то связь между тремя внезапными и непредвиденными катастрофами, поразившими Морсера, Данглара и Вильфора.
Maximilian, who was paying them a visit, listened to their conversation, or rather was present at it, plunged in his accustomed state of apathy.
Максимилиан, который пришел их навестить, слушал их или, вернее, присутствовал при их беседе, погруженный в ставшее для него привычным равнодушие.
"Indeed," said Julie, "might we not almost fancy, Emmanuel, that those people, so rich, so happy but yesterday, had forgotten in their prosperity that an evil genius--like the wicked fairies in Perrault's stories who present themselves unbidden at a wedding or baptism--hovered over them, and appeared all at once to revenge himself for their fatal neglect?"
– Право, Эмманюель, – говорила Жюли, – кажется, будто эти люди, еще вчера такие богатые, такие счастливые, строя свое богатство и свое счастье, забыли заплатить дань злому року; и вот, совсем как в сказке Перро, вдруг явилась злая фея, которую не пригласили на свадьбу или на крестины, чтобы отомстить за эту забывчивость.
"What a dire misfortune!" said Emmanuel, thinking of Morcerf and Danglars.
– Какой разгром! – говорил Эмманюель, думая о Морсере и Дангларе.
"What dreadful sufferings!" said Julie, remembering Valentine, but whom, with a delicacy natural to women, she did not name before her brother.
– Какое горе! – говорила Жюли, думая о Валентине, которую женское чутье не позволяло ей назвать вслух в присутствии брата.
"If the Supreme Being has directed the fatal blow," said Emmanuel, "it must be that he in his great goodness has perceived nothing in the past lives of these people to merit mitigation of their awful punishment."
– Если их покарал бог, – говорил Эмманюель, – значит, он – высшее милосердие – не нашел в прошлом этих людей ничего, что заслуживало бы смягчения кары; значит, эти люди были прокляты.
скачать в HTML/PDF
share