5#

Граф Монте Кристо 3 часть. - параллельный перевод

Изучайте английский язык с помощью параллельного текста книги "Граф Монте Кристо 3 часть". Метод интервальных повторений для пополнения словарного запаса английских слов. Встроенный словарь. Аналог метода Ильи Франка по изучению английского языка. Всего 586 книг и 1830 познавательных видеороликов в бесплатном доступе.

страница 39 из 391  ←предыдущая следующая→ ...

No entreaty, no proposition of increased wages, could induce them to remain; to every argument they replied,
Ни уговоры, ни предложение увеличить жалованье не привели ни к чему; они твердили одно:
"We must go, for death is in this house."
– Мы хотим уйти, потому что в этом доме смерть.
They all left, in spite of prayers and entreaties, testifying their regret at leaving so good a master and mistress, and especially Mademoiselle Valentine, so good, so kind, and so gentle.
И они, невзирая на все просьбы, покинули дом, уверяя, что им очень жаль расставаться с такими добрыми хозяевами и особенно с мадемуазель Валентиной, такой доброй, такой отзывчивой и ласковой.
Villefort looked at Valentine as they said this.
Вильфор при этих словах взглянул на Валентину.
She was in tears, and, strange as it was, in spite of the emotions he felt at the sight of these tears, he looked also at Madame de Villefort, and it appeared to him as if a slight gloomy smile had passed over her thin lips, like a meteor seen passing inauspiciously between two clouds in a stormy sky.
Она плакала.
И странно: несмотря на волнение, охватившее его при виде этих слез, он взглянул также и на г-жу де Вильфор, и ему показалось, что на ее тонких губах мелькнула мимолетная мрачная усмешка, подобно зловещему метеору, пролетающему среди туч в глубине грозового неба.
Chapter 81.
IV.
The Room of the Retired Baker.
Жилище булочника на покое
The evening of the day on which the Count of Morcerf had left Danglars' house with feelings of shame and anger at the rejection of the projected alliance, M. Andrea Cavalcanti, with curled hair, mustaches in perfect order, and white gloves which fitted admirably, had entered the courtyard of the banker's house in La Chaussee d'Antin.
Вечером того дня, когда граф де Морсер вышел от Данглара вне себя от стыда и бешенства, вполне объяснимых оказанным ему холодным приемом, Андреа Кавальканти, завитой и напомаженный, с закрученными усами, в туго натянутых белых перчатках, почти стоя в своем фаэтоне, подкатил к дому банкира на Шоссе-д’Антен.
He had not been more than ten minutes in the drawing-room before he drew Danglars aside into the recess of a bow-window, and, after an ingenious preamble, related to him all his anxieties and cares since his noble father's departure.
Повертевшись немного в гостиной, он улучил удобную минуту, отвел Данглара к окну и там, после искусного вступления, завел речь о треволнениях, постигших его после отъезда его благородного отца.
He acknowledged the extreme kindness which had been shown him by the banker's family, in which he had been received as a son, and where, besides, his warmest affections had found an object on which to centre in Mademoiselle Danglars.
Со времени этого отъезда, говорил он, в семье банкира, где его приняли, как родного сына, он нашел все, что служит залогом счастья, которое всякий человек должен ставить выше, чем прихоти страсти, а что касается страсти, то на его долю выпало счастье обрести ее в чудных глазах мадемуазель Данглар.
Danglars listened with the most profound attention; he had expected this declaration for the last two or three days, and when at last it came his eyes glistened as much as they had lowered on listening to Morcerf.
Данглар слушал с глубочайшим вниманием; он уже несколько дней ждал этого объяснения, и когда оно наконец произошло, лицо его в той же мере просияло, в какой оно нахмурилось, когда он слушал Морсера.
He would not, however, yield immediately to the young man's request, but made a few conscientious objections.
Все же раньше, чем принять предложение молодого человека, он счел нужным высказать ему некоторые сомнения.
"Are you not rather young, M. Andrea, to think of marrying?"
– Виконт, – сказал он, – не слишком ли вы молоды, чтобы помышлять о браке?
"I think not, sir," replied M. Cavalcanti; "in Italy the nobility generally marry young.
– Нисколько, сударь, – возразил Кавальканти. – В Италии в знатных семьях приняты ранние браки; это обычай разумный.
скачать в HTML/PDF
share