5#

Двадцать тысяч лье под водой. - параллельный перевод

Изучайте английский язык с помощью параллельного текста книги "Двадцать тысяч лье под водой". Метод интервальных повторений для пополнения словарного запаса английских слов. Встроенный словарь. Аналог метода Ильи Франка по изучению английского языка. Всего 686 книг и 1999 познавательных видеороликов в бесплатном доступе.

страница 218 из 251  ←предыдущая следующая→ ...

"Let us try it," I said resolutely.
- Надо попробовать, - решительно ответил я.
"Let us try it, Professor."
- Давайте пробовать, господин профессор.
The thermometer then stood at 7° outside. Captain Nemo took me to the galleys, where the vast distillatory machines stood that furnished the drinkable water by evaporation. They filled these with water, and all the electric heat from the piles was thrown through the worms bathed in the liquid. In a few minutes this water reached 100°. It was directed towards the pumps, while fresh water replaced it in proportion. The heat developed by the troughs was such that cold water, drawn up from the sea after only having gone through the machines, came boiling into the body of the pump. The injection was begun, and three hours after the thermometer marked 6° below zero outside. One degree was gained. Two hours later the thermometer only marked 4°.
Наружный термометр показывал семь градусов ниже нуля. Капитан Немо провел меня в отделение камбуза, где действовали объемистые дистилляционные аппараты для добывания питьевой воды путем выпаривания. Их накачали водой, и все тепло от электрических батарей направилось в змеевики, погруженные в воду. Через несколько минут вода нагрелась до ста градусов. Ее переключили в насосы, а на ее место поступила свежая вода.
Тепло от-электрических батарей было настолько велико, что холодная вода, прямо из моря, только пройдя сквозь аппараты, поступала в насосы уже в виде кипятка.
Через три часа после накачивания кипятка внешний термометр показывал шесть градусов ниже нуля. Получился выигрыш в один градус. Еще через два часа термометр показывал уже четыре.
"We shall succeed," I said to the Captain, after having anxiously watched the result of the operation.
- Мы победим, - сказал я капитану, после того как убедился в успехе принятых мер и сам дал несколько полезных советов.
"I think," he answered, "that we shall not be crushed. We have no more suffocation to fear."
- И я так думаю, - ответил капитан. - Нас не раздавит. Остается одна опасность - задохнуться.
During the night the temperature of the water rose to 1° below zero. The injections could not carry it to a higher point. But, as the congelation of the sea-water produces at least 2°, I was at least reassured against the dangers of solidification.
За ночь температура воды поднялась до одного градуса ниже нуля.
Накачивание горячей воды уже не могло поднять температуру выше. Но так как оледенение морской воды происходит при температуре минус два градуса, я, наконец, успокоился - угроза замерзания воды отпала.
The next day, March 27th, six yards of ice had been cleared, twelve feet only remaining to be cleared away. There was yet forty-eight hours' work. The air could not be renewed in the interior of the Nautilus. And this day would make it worse. An intolerable weight oppressed me. Towards three o'clock in the evening this feeling rose to a violent degree. Yawns dislocated my jaws. My lungs panted as they inhaled this burning fluid, which became rarefied more and more. A moral torpor took hold of me. I was powerless, almost unconscious. My brave Conseil, though exhibiting the same symptoms and suffering in the same manner, never left me. He took my hand and encouraged me, and I heard him murmur, "Oh! if I could only not breathe, so as to leave more air for my master!"
На следующий день, 27 марта, были вынуты шесть метров льда. Осталось вырубить еще четыре метра. На это нужно еще сорок восемь часов работы.
Следовательно, обновлять воздух в "Наутилусе" было невозможно. За этот день наше положение делалось все хуже.
Невыносимая тяжесть в теле угнетала меня. К трем часам вечера чувство тоски достигло предельной силы. От постоянной зевоты сводило челюсти.
Легкие судорожно искали свежую струю, необходимую для нашего дыхания, а воздух все больше разрежался. Я чувствовал полное моральное оцепенение. В изнеможении я лег пластом, почти что без сознания.
Мой милый Консель, испытывая те же болезненные симптомы, страдая теми же страданиями, все же не покидал меня. Он брал меня за руку, подбадривал, и я расслышал, как он шептал себе:
- Ах, если бы я мог перестать дышать, чтобы оставить больше воздуха для господина профессора.
скачать в HTML/PDF
share
основано на 1 оценках: 5 из 5 1