5#

Двадцать тысяч лье под водой. - параллельный перевод

Изучайте английский язык с помощью параллельного текста книги "Двадцать тысяч лье под водой". Метод интервальных повторений для пополнения словарного запаса английских слов. Встроенный словарь. Аналог метода Ильи Франка по изучению английского языка. Всего 663 книги и 1938 познавательных видеороликов в бесплатном доступе.

страница 243 из 251  ←предыдущая следующая→ ...

Part of the night passed without any incident. We watched the opportunity for action. We spoke little, for we were too much moved. Ned Land would have thrown himself into the sea, but I forced him to wait. According to my idea, the Nautilus would attack the ship at her waterline, and then it would not only be possible, but easy to fly.
Часть ночи прошла без всяких происшествий. Мы дожидались возможности бежать. Нед Ленд хотел теперь же бросаться в море. Я вынудил его повременить. По моим соображениям, "Наутилус" должен атаковать двухпалубный корабль на поверхности моря, а тогда наше бегство станет не только возможным, но и легким.
At three in the morning, full of uneasiness, I mounted the platform. Captain Nemo had not left it. He was standing at the fore part near his flag, which a slight breeze displayed above his head. He did not take his eyes from the vessel. The intensity of his look seemed to attract, and fascinate, and draw it onward more surely than if he had been towing it. The moon was then passing the meridian. Jupiter was rising in the east. Amid this peaceful scene of nature, sky and ocean rivalled each other in tranquillity, the sea offering to the orbs of night the finest mirror they could ever have in which to reflect their image. As I thought of the deep calm of these elements, compared with all those passions brooding imperceptibly within the Nautilus, I shuddered.
В три часа утра я, тревожась, поднялся на палубу. Капитан не сходил с нее все это время. Не сводя с корабля глаз, он стоял возле своего флага, и легкий ветер развевал черное полотнище над головою капитана. Казалось, его взгляд, необычайно напряженный, держал, тянул и влек за собой этот корабль вернее, чем буксир!
Луна переходила меридиан. На востоке показался Юпитер. В этом Мирном спокойствии природы небо и океан соперничали своею безмятежностью, морская гладь предоставляла ночным звездам смотреться в свою зеркальную поверхность - в самое прекрасное из всех зеркал, когда-либо отражавших их светлый образ.
И, когда я сравнивал этот глубокий покой стихий с тем чувством злобы, какое таилось в недрах неуловимого "Наутилуса", все существо мое содрогалось.
The vessel was within two miles of us. It was ever nearing that phosphorescent light which showed the presence of the Nautilus. I could see its green and red lights, and its white lantern hanging from the large foremast. An indistinct vibration quivered through its rigging, showing that the furnaces were heated to the uttermost. Sheaves of sparks and red ashes flew from the funnels, shining in the atmosphere like stars.
Военный корабль находился от нас в двух милях. Он приближался, все время держа курс по фосфорическому свету, который указывал ему местонахождение "Наутилуса". Я видел его сигнальные огни, красный и зеленый, и белый фонарь на большом штаге бизань-мачты. Расплывчатый отраженный свет давал возможность разглядеть его оснастку и определить, что огонь в топках доведен был до предела. Снопы искр и раскаленный шлак вылетали из его труб, рассыпаясь звездочками в темном пространстве.
I remained thus until six in the morning, without Captain Nemo noticing me. The ship stood about a mile and a half from us, and with the first dawn of day the firing began afresh. The moment could not be far off when, the Nautilus attacking its adversary, my companions and myself should for ever leave this man. I was preparing to go down to remind them, when the second mounted the platform, accompanied by several sailors. Captain Nemo either did not or would not see them. Some steps were taken which might be called the signal for action. They were very simple. The iron balustrade around the platform was lowered, and the lantern and pilot cages were pushed within the shell until they were flush with the deck. The long surface of the steel cigar no longer offered a single point to check its manoeuvres. I returned to the saloon. The Nautilus still floated; some streaks of light were filtering through the liquid beds. With the undulations of the waves the windows were brightened by the red streaks of the rising sun, and this dreadful day of the 2nd of June had dawned.
Я пробыл на палубе до шести часов утра, но капитан Немо делал вид, что меня не замечает. Корабль шел в полутора милях от нас и при первых проблесках зари открыл обстрел. Наступало время, когда "Наутилус" нападет на своего противника, а я и мои товарищи навсегда расстанемся с этим человеком, которого я лично не решаюсь осуждать.
Я собирался сойти вниз, чтобы предупредить моих товарищей, а в это время на палубу взошел помощник капитана. Его сопровождали несколько моряков. Капитан Немо не видел или не хотел их видеть. Но они сами приняли необходимые меры, которые можно было бы назвать "изготовкой к бою". Их меры были очень просты. Балюстраду из железных прутьев вокруг палубы опустили вниз. Кабина с прожектором и рубка рулевого тоже вошла в корпус "Наутилуса" заподлицо. Теперь на поверхности длинной стальной сигары не осталось ни одной выпуклости, которая могла бы помешать ее маневру.
Я вернулся в салон. "Наутилус" продолжал держаться на поверхности.
Проблески наступавшего дня проникли и в верхний слой воды. При определенных колебаниях волн стекла окон оживлялись красноватым отсветом восходящего солнца.
Наступал ужасный день 2 июня.
скачать в HTML/PDF
share
основано на 1 оценках: 5 из 5 1