6#

Жизнь и приключения Николаса Никльби. - параллельный перевод

Изучайте английский язык с помощью параллельного текста книги "Жизнь и приключения Николаса Никльби". Метод интервальных повторений для пополнения словарного запаса английских слов. Встроенный словарь. Аналог метода Ильи Франка по изучению английского языка. Всего 772 книги и 2260 познавательных видеороликов в бесплатном доступе.

страница 138 из 946  ←предыдущая следующая→ ...

These were my very words, as near as I remember.
Это были буквально мои слова, насколько я могу припомнить.
Kate, my dear, why don’t you thank your—’
Кэт, дорогая моя, что же ты не благодарить твоего…
‘Let me proceed, ma’am, pray,’ said Ralph, interrupting his sister-in-law in the full torrent of her discourse.
— Дайте мне договорить, сударыня, прошу вас, — сказал Ральф, перебивая свою невестку в самый разгар ее красноречия.
‘Kate, my love, let your uncle proceed,’ said Mrs. Nickleby.
— Кэт, милочка, дай дяде договорить, — сказала миссис Никльби.
‘I am most anxious that he should, mama,’ rejoined Kate.
— Мне больше всего этого хочется, мама, — заметила Кэт.
‘Well, my dear, if you are anxious that he should, you had better allow your uncle to say what he has to say, without interruption,’ observed Mrs Nickleby, with many small nods and frowns.
— Но, дорогая моя, если тебе больше всего этого хочется, ты бы лучше дала твоему дяде высказать то, что он имеет сказать, и не перебивала его,сказала миссис Никльби, покачивая головой и хмурясь. 
‘Your uncle’s time is very valuable, my dear; and however desirous you may be—and naturally desirous, as I am sure any affectionate relations who have seen so little of your uncle as we have, must naturally be to protract the pleasure of having him among us, still, we are bound not to be selfish, but to take into consideration the important nature of his occupations in the city.’
— Время твоего дяди драгоценно, дорогая моя, и как бы велико ни было твое желание — оно естественно, и я уверена, его почувствовали бы все любящие родственники, которые бы видели твоего дядю так мало, как видели его мы, — желание удержать его среди нас, однако мы не должны быть эгоистами и должны принять во внимание серьезный характер его занятий в Сити.
‘I am very much obliged to you, ma’am,’ said Ralph with a scarcely perceptible sneer.
— Я вам весьма признателен, сударыня, — сказал Ральф с едва уловимой насмешкой. 
‘An absence of business habits in this family leads, apparently, to a great waste of words before business—when it does come under consideration—is arrived at, at all.’
— Отсутствие деловых навыков в этом семействе приводит, по-видимому, к слишком большой трате слов, прежде чем дойдут до дела, если о нем вообще когда-нибудь думают.
‘I fear it is so indeed,’ replied Mrs. Nickleby with a sigh.
— Боюсь, что это действительно так, — со вздохом отозвалась миссис Никльби. 
‘Your poor brother—’
— Ваш бедный брат…
‘My poor brother, ma’am,’ interposed Ralph tartly, ‘had no idea what business was—was unacquainted, I verily believe, with the very meaning of the word.’
— Мой бедный брат, сударыня, — с раздражением перебил Ральф, — понятия не имел о том, что такое дело.
Он был незнаком, я твердо верю, с самым значением этого слова.
‘I fear he was,’ said Mrs. Nickleby, with her handkerchief to her eyes.
— Боюсь, что да, — сказала миссис Никльби, поднося платок к глазам. 
‘If it hadn’t been for me, I don’t know what would have become of him.’
— Не будь меня, не знаю, что бы с ним сталось.
What strange creatures we are!
Странные мы создания!
The slight bait so skilfully thrown out by Ralph, on their first interview, was dangling on the hook yet.
Пустячная приманка, столь искусно заброшенная Ральфом во время первого их свидания, еще болталась на крючке.
At every small deprivation or discomfort which presented itself in the course of the four-and-twenty hours to remind her of her straitened and altered circumstances, peevish visions of her dower of one thousand pounds had arisen before Mrs. Nickleby’s mind, until, at last, she had come to persuade herself that of all her late husband’s creditors she was the worst used and the most to be pitied.
При каждом маленьком лишении или неудобстве, какие обнаруживались на протяжении суток, живо напоминая о стесненных и изменившихся обстоятельствах, в памяти миссис Никльби всплывала досадливая мысль о ее приданом в тысячу фунтов, пока, наконец, она не убедила себя в том, что из всех кредиторов ее покойного мужа ни с кем не поступили хуже и никто не достоин большей жалости, чем она.
скачать в HTML/PDF
share