6#

Жизнь и приключения Николаса Никльби. - параллельный перевод

Изучайте английский язык с помощью параллельного текста книги "Жизнь и приключения Николаса Никльби". Метод интервальных повторений для пополнения словарного запаса английских слов. Встроенный словарь. Аналог метода Ильи Франка по изучению английского языка. Всего 772 книги и 2260 познавательных видеороликов в бесплатном доступе.

страница 219 из 946  ←предыдущая следующая→ ...

This was odd enough: but what was more embarrassing was, that all along the passage, and all along the narrow stairs, blocking up the window, and making the dark entry darker still, was a confused crowd of persons with great importance depicted in their looks; who were, to all appearance, waiting in silent expectation of some coming event.
Это было довольно странно; более затруднительным оказалось то обстоятельство, что вдоль всего коридора и узкой лестницы, заслоняя окно и делая темный вход еще темнее, стояла беспорядочная толпа людей, чьи физиономии выражали важность их миссии и которые, по-видимому, ожидали в молчании какого-то надвигающегося события.
From time to time, one man would whisper to his neighbour, or a little group would whisper together, and then the whisperers would nod fiercely to each other, or give their heads a relentless shake, as if they were bent upon doing something very desperate, and were determined not to be put off, whatever happened.
Время от времени кто-нибудь шептал что-то соседу, а затем шептавшие энергически кивали друг другу или неумолимо качали головой, как будто решили совершить нечто отчаянное и не намерены уступить, что бы ни случилось.
As a few minutes elapsed without anything occurring to explain this phenomenon, and as he felt his own position a peculiarly uncomfortable one, Nicholas was on the point of seeking some information from the man next him, when a sudden move was visible on the stairs, and a voice was heard to cry,
Так как на протяжении нескольких минут не произошло ничего, что бы объяснило сей феномен, и так как Николас находил свое положение в высшей степени неудобным, то он уже готов был обратиться за разъяснениями к стоявшему рядом с ним человеку, как вдруг на лестнице зашевелились и чей-то голос крикнул:
‘Now, gentleman, have the goodness to walk up!’
— Ну-с, джентльмены, будьте добры подняться!
So far from walking up, the gentlemen on the stairs began to walk down with great alacrity, and to entreat, with extraordinary politeness, that the gentlemen nearest the street would go first; the gentlemen nearest the street retorted, with equal courtesy, that they couldn’t think of such a thing on any account; but they did it, without thinking of it, inasmuch as the other gentlemen pressing some half-dozen (among whom was Nicholas) forward, and closing up behind, pushed them, not merely up the stairs, but into the very sitting-room of Mr. Gregsbury, which they were thus compelled to enter with most unseemly precipitation, and without the means of retreat; the press behind them, more than filling the apartment.
Вместо того чтобы подняться, джентльмены на лестнице принялись спускаться с большим проворством и умолять с исключительной вежливостью, чтобы джентльмены, находившиеся ближе к улице, вошли первые; джентльмены, находившиеся ближе к улице, возразили с не меньшей учтивостью, что они даже помыслить не могут о такой вещи; однако именно так они поступили, хоть и не помышляли о том, ибо другие джентльмены вытолкнули вперед человек шесть (в том числе Николасв) и, сомкнувшись сзади, пропихнули их не только на верхнюю площадку лестницы, но и прямо в гостиную мистера Грегсбери, куда они, таким образом, вошли с весьма непристойной стремительностью и лишенные возможности отступить: толпа, напиравшая сзади, заполнила все помещение.
‘Gentlemen,’ said Mr. Gregsbury, ‘you are welcome.
— Джентльмены, — сказал мистер Грегсбери, — добро пожаловать!
I am rejoiced to see you.’
Я в восторге, что вижу вас.
For a gentleman who was rejoiced to see a body of visitors, Mr. Gregsbury looked as uncomfortable as might be; but perhaps this was occasioned by senatorial gravity, and a statesmanlike habit of keeping his feelings under control.
Для джентльмена, пришедшего в восторг при виде массы посетителей, мистер Грегсбери имел вид крайне недовольный, но, быть может, это было вызвано сенаторской вежливостью и привычкой государственного деятеля скрывать свои чувства.
скачать в HTML/PDF
share