6#

Жизнь и приключения Николаса Никльби. - параллельный перевод

Изучайте английский язык с помощью параллельного текста книги "Жизнь и приключения Николаса Никльби". Метод интервальных повторений для пополнения словарного запаса английских слов. Встроенный словарь. Аналог метода Ильи Франка по изучению английского языка. Всего 772 книги и 2260 познавательных видеороликов в бесплатном доступе.

страница 298 из 946  ←предыдущая следующая→ ...

‘My cup of happiness’s sweetener,’ said Mantalini, approaching his wife with a penitent air; ‘will you listen to me for two minutes?’
— Усладительная чаша моего счастья! — вымолвил мистер Манталини, с покаянным видом подходя к жене. 
— Согласна ли ты слушать меня в течение двух минут?
‘Oh! don’t speak to me,’ replied his wife, sobbing.
— О, не говори со мной! — рыдая, ответила жена. 
‘You have ruined me, and that’s enough.’
— Ты меня разорил, и этого достаточно!
Mr. Mantalini, who had doubtless well considered his part, no sooner heard these words pronounced in a tone of grief and severity, than he recoiled several paces, assumed an expression of consuming mental agony, rushed headlong from the room, and was, soon afterwards, heard to slam the door of an upstairs dressing-room with great violence.
Едва услышав эти слова, произнесенные тоном скорбным и суровым, мистер Манталини, который несомненно хорошо обдумал свою роль, отступил на несколько шагов, придал своему лицу выражение беспредельной душевной муки и опрометью выбежал из комнаты, а вскоре после этого услышали, как наверху, в туалетной комнате, с силой захлопнулась дверь.
‘Miss Nickleby,’ cried Madame Mantalini, when this sound met her ear, ‘make haste, for Heaven’s sake, he will destroy himself!
— Мисс Никльби! — вскричала мадам Манталини, когда этот звук коснулся ее слуха. 
— Ради бога, скорее!
Он покончит с собой!
I spoke unkindly to him, and he cannot bear it from me.
Я говорила с ним сурово, и он этого не перенесет!
Alfred, my darling Alfred.’
Альфред, мой ненаглядный Альфред!
With such exclamations, she hurried upstairs, followed by Kate who, although she did not quite participate in the fond wife’s apprehensions, was a little flurried, nevertheless.
С такими возгласами она бросилась наверх, а следом за ней Кэт, которая хотя и не вполне разделяла опасения нежной жены, была тем не менее слегка встревожена.
The dressing-room door being hastily flung open, Mr. Mantalini was disclosed to view, with his shirt-collar symmetrically thrown back: putting a fine edge to a breakfast knife by means of his razor strop.
Когда они быстро распахнули дверь туалетной комнаты их взорам предстал мистер Манталини с симметрично отвернутым воротничком сорочки, точивший столовый нож о ремень для правки бритв.
‘Ah!’ cried Mr. Mantalini, ‘interrupted!’ and whisk went the breakfast knife into Mr. Mantalini’s dressing-gown pocket, while Mr. Mantalini’s eyes rolled wildly, and his hair floating in wild disorder, mingled with his whiskers.
— Ах! — воскликнул мистер Манталини. 
— Помешали! 
— И столовый нож мгновенно исчез в кармане халата мистера Манталини, в то время как глаза мистера Манталини дико выкатились, а волосы, развевавшиеся в диком беспорядке, перепутались с бакенбардами.
‘Alfred,’ cried his wife, flinging her arms about him,
— Альфред! — вскричала жена, обвивая его руками. 
‘I didn’t mean to say it, I didn’t mean to say it!’
— Я не то хотела сказать, не то!
‘Ruined!’ cried Mr. Mantalini.
— Разорил! — вскричал мистер Манталини. 
‘Have I brought ruin upon the best and purest creature that ever blessed a demnition vagabond!
— Неужели я довел до разорения самое лучшее и чистое создание, какое когда-либо благословляло жизнь проклятого бродяги?
Demmit, let me go.’
Проклятье!
Пустите меня!
At this crisis of his ravings Mr. Mantalini made a pluck at the breakfast knife, and being restrained by his wife’s grasp, attempted to dash his head against the wall—taking very good care to be at least six feet from it.
В порыве безумия мистер Манталини снова полез за столовым ножом, а когда жена удержала его, схватив за руку, он сделал попытку размозжить себе голову о стену, хорошенько позаботившись о том, чтобы находиться от нее на расстоянии по крайней мере шести футов.
‘Compose yourself, my own angel,’ said Madame.
— Успокойся, мой ангел, — сказала мадам. 
‘It was nobody’s fault; it was mine as much as yours, we shall do very well yet.
— Никто в этом не виноват, это столько же моя вина, сколько и твоя.
Мы еще поживем хорошо.
Come, Alfred, come.’
Приди в себя, Альфред, приди в себя!
скачать в HTML/PDF
share