Как хорошо в вашем обществе. - параллельный перевод

Изучайте английский язык с помощью параллельного текста книги "Как хорошо в вашем обществе". Метод интервальных повторений для пополнения словарного запаса английских слов. Встроенный словарь. Аналог метода Ильи Франка по изучению английского языка. Всего 760 книг и 2198 познавательных видеороликов в бесплатном доступе.

страница 13 из 18  ←предыдущая следующая→ ...

“I see.
I see.
You make it sound so reasonable, Juan.”
Juan winked.
– Ты объясняешь так логично, Хуан.
“We always understood each other.”
– Мы всегда понимали друг друга…
He activated the cube of his father.
Войтленд активировал куб отца.
“What do you say?
– А ты что скажешь?
Should I have stayed or gone?”
Что мне надо было делать – оставаться или уходить?
“Maybe stay, maybe go.
– Может быть, оставаться, может быть, уходить.
How can I speak for you?
Как я могу решать за тебя?
Certainly taking the ship was more practical.
Безусловно, практичнее было спастись.
Staying would have been more dramatic.
Tom, Tom, how can I speak for you?”
Остаться было бы драматичнее.
– Марк?
“I would have stayed and fought right to the end.
– Я бы дрался до конца.
Teeth, nails, everything.
But that’s me.
Зубами, когтями… Но это я.
I think maybe you did the right thing, Dad.
The way Juan explains it.
Наверное, ты поступил правильно, папа.
The right thing for you, that is.”
То есть, для тебя это правильно.
Voigtland frowned.
Войтленд нахмурился.
“Stop talking in circles.
– Переставь говорить загадками.
Just tell me this: do you despise me for going?”
Скажи прямо – ты меня презираешь?
“You know I don’t,” Mark said.
– Ты же знаешь, что нет, – ответил Марк.
The cubes consoled him.
Кубики утешили его.
He began to sleep more soundly, after a while.
He stopped fretting about the morality of his flight.
He remembered how to relax.
He talked military tactics with Attila, and was surprised to find a complex human being behind the one-dimensional ferocity.
He tried to discuss the nature of tragedy with Shakespeare, but Shakespeare seemed more interested in talking about taverns, politics, and the problems of a playwright’s finances.
He spoke to Goethe about the second part of Faust, asking if Goethe really felt that the highest kind of redemption came through governing well, and Goethe said, yes, yes, of course.
And when Voigtland wearied of matching wits with his cubed great ones, he set them going against one another, Attila and Alexander, Shakespeare and Goethe, Hemingway and Plato, and sat back, listening to such talk as mortal man had never heard.
And there were humbler sessions with Juan and his family.
He blessed the cubes; he blessed their makers.
Вскоре от стал спать более крепко, обрел покой.
“You seem much happier these days,” Lydia said.
– В последние дни тебе лучше, – заметив Лидия.
“All that nasty guilt washed away,” said Lynx.
– Наконец отделался от сознания вины, – проговорила Линкс.
“It was just a matter of looking at the logic of the situation,” Juan observed.
Mark said,
“And cutting out all the masochism, the self-flagellation.”
“Wait a second,” said Voigtland.
“Let’s not hit below the belt, young man.”
“But it was masochism, Dad.
Weren’t you wallowing in your guilt?
Admit it.”
“I suppose I—”
“And looking to us to pull you out,” Lynx said.
“Which we did.”
“ Yes.
You did.”
– Стоило лишь по-другому взглянуть на внутреннюю логику событий, сказал Хуан.
скачать в HTML/PDF