6#

Как хорошо в вашем обществе. - параллельный перевод

Изучайте английский язык с помощью параллельного текста книги "Как хорошо в вашем обществе". Метод интервальных повторений для пополнения словарного запаса английских слов. Встроенный словарь. Аналог метода Ильи Франка по изучению английского языка. Всего 760 книг и 2198 познавательных видеороликов в бесплатном доступе.

страница 9 из 18  ←предыдущая следующая→ ...

The old revolutionary, the student of conspiracies.
Закаленный революционер, опытный конспиратор.
“The junta is rounding up everyone who might have dangerous ideas and locking them away.
– Хунта проводит массовые аресты.
It’s telling everybody else not to worry, stability is here at last. McAllister is in full control; calling himself provisional president or something similar.”
Верховодит Мак-Аллистер, величающий себя Временным Президентом.
“Maybe not.
– А может быть, нет.
Maybe it’s safe for me to turn and go back.”
Вдруг я могу спокойно вернуться…
“What happened?”
Voigtland’s son asked.
– Что случилось? – спросил сын Войтленда.
His cube hadn’t been activated before.
He knew nothing of events since he had been cubed, ten months earlier.
“Were you overthrown?”
Его куб еще не включался, и он ничего не знал о происшедших событиях.
Запись была сделана десять месяцев назад. – Переворот?
Juan started to explain about the coup to Mark.
Хуан стал рассказывать ему про путч.
Voigtland turned to his father.
Войтленд повернулся к своему отцу.
At least the old man was safe from the rebellious colonels; he had died two years ago, in his eighties, just after making the cube.
По крайний мере, старику не грозили мятежные полковники: он умер два года назад, вскоре после записи.
The cube was all that was left of him.
Кубик – вот все, что от него осталось.
“I’m glad this didn’t happen in your time,” Voigtland said.
“Do you remember, when I was a boy, and you were President of the Council, how you told me about the uprisings on other colonies?
– Я рад, что это случилось не при тебе, – сказал Войтленд. – Помнишь, когда я был маленьким мальчиком, а ты – руководителем Совета, ты рассказывал о восстаниях в других колониях?
And I said, No, Bradley’s World is different, we all work together here.”
И я сказал:
«Нет, у нас все иначе, мы всегда будем вместе».
The old man smiled.
He looked pale and waxy, an echo of the man he had been.
Старик улыбнулся.
“No world is different, Tom.
– Увы, Том, мы ничем не примечательны.
Political entities go through similar cycles everywhere, and part of the cycle involves an impatience with democracy.
I’m sorry that the impatience had to strike while you were in charge, son.”
И нет спасения от тиранов, ненавидящих демократию.
“Homer tells us that men would rather have their fill of sleep, love, singing, and dancing than of war,” Goethe offered, smooth-voiced, courtly, civilized.
“But there will always be some who love war above all else.
– По словам Гомера, люди предпочитают сон, любовь, пение и танцы, заметил сладкоголосый, учтивый Гете. – Но всегда найдутся возлюбившие войну.
Who can say why the gods gave us Achilles?”
Кто скажет, почему боги даровали нам Ахилла?
“ I can,” Hemingway growled.
“You define man by looking at the opposites inside him.
– Я скажу! – прорычал Хемингуэй. – Вы даете определение человека по присущим ему внутренним противоречиям.
Love and hate.
Любовь и ненависть.
War and peace.
Война и мир.
Kissing and killing.
Поцелуй и убийство.
That’s where his borders are.
What’s wrong with that?
Вот его границы и пределы.
Every man’s a bundle of opposites.
Действительно, каждый человек есть сгусток противоположностей.
So is every society.
То же и общество.
And sometimes the killers get the upper hand on the kissers.
И порой убийцы торжествуют над милосердными.
Besides, how do you know the fellows who overthrew you were so wrong?”
Кроме того, откуда вы знаете, что те, кто вас сверг, так уж и не правы?
скачать в HTML/PDF
share