StudyEnglishWords

4#

Машина пространства. - параллельный перевод

Изучайте английский язык с помощью параллельного текста книги "Машина пространства". Метод интервальных повторений для пополнения словарного запаса английских слов. Встроенный словарь. Всего 392 книги и 1726 познавательных видеороликов в бесплатном доступе.

страница 110 из 329  ←предыдущая следующая→ ...

Their behaviour, like that of Earth children, was on the whole riotous and mischievous, but they never appeared to anger the adults, whose attitude was indulgent and solicitous to them.
В точности как земные дети, они вели себя шумливо и непоседливо, но взрослые, кажется, совсем не сердились, а относились к ним на редкость заботливо и терпимо.
It often seemed to us that the children were the sole source of happiness on this world, for the only time we saw the adults laughing was in the company of children.
И нам, признаться, нередко сдавалось, что дети – единственная радость, доступная людям в этом мире: нам не случалось слышать, чтобы взрослые смеялись, если только не находились в компании детей.
This brings me to an aspect of Martian life which did not at first strike us, but which in later times became increasingly obvious.
Вот я и упомянул о той особенности марсианской жизни, которая не сразу бросилась нам в глаза, но со временем делалась все более очевидной.
That is to say that I cannot imagine a race of beings more universally lugubrious, downcast or plainly miserable than the Martians.
Если говорить без обиняков, я и не представлял себе, что разумные существа могут оказаться поголовно такими удрученными, печальными и откровенно несчастными, как марсиане.
The aura of despondency was present in the room as Amelia and I first entered it, and it was probably this which was our eventual saving.
Дух уныния господствовал в комнате, куда мы с Амелией вступили, и, по всей вероятности, именно в этом заключалось наше спасение.
The typical Martian I have described would be obsessed with his internal miseries to the virtual exclusion of all other factors.
Типичный марсианин, какого я описал выше, настолько поглощен своими несчастьями, что буквально перестает воспринимать окружающее.
To no other reason can I attribute the fact that Amelia and I were able to move so freely about the city without attracting attention.
Ничем другим я не могу объяснить тот факт, что мы с Амелией могли свободно передвигаться по городу, не привлекая ничьего внимания.
Even in those first few moments, as we stood in anticipation of the first cry of alarm or excitement at our appearance, few Martians so much as glanced in our direction.
Ведь даже в ту секунду, когда мы вошли в комнату и застыли в ожидании криков тревоги или возбуждения, хоть какой-то реакции на свое вторжение, немногие марсиане удостоили нас самым беглым взглядом.
I cannot imagine the arrival of a Martian in an Earth city eliciting the same indifference.
Не представляю себе, чтобы появление марсианина у нас на Земле было воспринято с таким же безразличием.
Perhaps allied to this overall depression was the fact that the room was almost silent.
Возможно, именно этой общей подавленностью объяснялось и то, что в комнате царила почти полная тишина.
One or two of the Martians spoke quietly, but most stood or sat about glumly.
Двое-трое марсиан беседовали вполголоса, остальные же стояли или сидели в угрюмом молчании.
A few children ran while their parents watched, but this was the only movement The voices we heard were weird: soprano and mellifluous.
Правда, тут и там носились дети, но больше никто не шевелился – родители и те следили за детьми издали.
К нам доносился несогласный хор голосов, состоящий, казалось, из одних сопрано.
Obviously we could not understand the words or even the tenor of the conversations—although the words were accompanied by intricate hand-signals—but the sight of these large and ugly people speaking in what seemed to us to be falsetto was most disconcerting.
Разумеется, мы не понимали ни слов, ни общего смысла того, о чем говорилось, – хотя слова и сопровождались довольно сложными жестами, – однако, право же, кого угодно обескуражило бы то обстоятельство, что высокие и сильные существа щебечут фальцетом.
Amelia and I waited by the door, unsure of everything: I looked at Amelia, and suddenly the sight of her face—tired, dirty, but so lovely—was a welcome reminder of all that was familiar to me.
Мы с Амелией замерли у порога, не уверенные ни в марсианах, ни в себе.
Я взглянул на нее, и вдруг ее лицо – усталое, перепачканное, но такое милое – стало для меня символом всего, что мне желанно и знакомо.
скачать в HTML/PDF
share