5#

Мертвые души. Поэма.. - параллельный перевод

Изучайте английский язык с помощью параллельного текста книги "Мертвые души. Поэма.". Метод интервальных повторений для пополнения словарного запаса английских слов. Встроенный словарь. Аналог метода Ильи Франка по изучению английского языка. Всего 708 книг и 2041 познавательный видеоролик в бесплатном доступе.

страница 198 из 236  ←предыдущая следующая→ ...

Tell him that everything must be put right within two hours at the most.
Do you hear?
If that should not be done, I, I— I will give you the best flogging that ever you had in your life.”
Слышишь? непременно в два часа; а если не будет, так я тебя, я тебя... в рог согну и узлом завяжу!"
Truly Chichikov was almost beside himself with fury.
Герой наш был сильно рассержен.
Turning towards the door, as though for the purpose of going and carrying out his orders, Selifan halted and added:
Селифан оборотился было к дверям с тем, чтоб итти выполнить приказание, но остановился и сказал:
“That skewbald, barin — you might think it well to sell him, seeing that he is nothing but a rascal?
A horse like that is more of a hindrance than a help.”
"Да еще, сударь, чубарого коня, право, хоть бы продать, потому что он, Павел Иванович, совсем подлец; он такой конь, что просто не приведи бог, только помеха".
“What?
Do you expect me to go NOW to the market-place and sell him?”
"Да! вот пойду, побегу на рынок продавать!"
“Well, Paul Ivanovitch, he is good for nothing but show, since by nature he is a most cunning beast.
Never in my life have I seen such a horse.”
"Ей-богу, Павел Иванович, он только что на вид казистый, а на деле самый лукавый конь; такого коня нигде..."
“Fool!
Whenever I may wish to sell him I SHALL sell him.
"Дурак! когда захочу продать, так продам.
Meanwhile, don’t you trouble your head about what doesn’t concern you, but go and fetch a blacksmith, and see that everything is put right within two hours.
Otherwise I will take the very hair off your head, and beat you till you haven’t a face left.
Еще пустился в рассужденья!
Вот посмотрю я: если ты мне не приведешь сейчас кузнецов, да в два часа не будет всё готово, так я тебе такую дам потасовку... сам на себе лица не увидишь!
Be off!
Hurry!”
Пошел! ступай!"
Selifan departed, and Chichikov, his ill-humour vented, threw down upon the floor the poignard which he always took with him as a means of instilling respect into whomsoever it might concern, and spent the next quarter of an hour in disputing with a couple of blacksmiths — men who, as usual, were rascals of the type which, on perceiving that something is wanted in a hurry, at once multiplies its terms for providing the same.
Селифан вышел.
Чичиков сделался совершенно не в духе и швырнул на пол саблю, которая ездила с ним в дороге для внушения надлежащего страха кому следует.
Около четверти часа с лишком провозился он с кузнецами, покамест сладил, потому что кузнецы, как водится, были отъявленные подлецы и, смекнув, что работа нужна к спеху, заломили ровно вшестеро.
Indeed, for all Chichikov’s storming and raging as he dubbed the fellows robbers and extortioners and thieves, he could make no impression upon the pair, since, true to their character, they declined to abate their prices, and, even when they had begun their work, spent upon it, not two hours, but five and a half.
Как он ни горячился, называл их мошенниками, разбойниками, грабителями проезжающих, намекнул даже на страшный суд, но кузнецов ничем не пронял: они совершенно выдержали характер: не только не отступились от цены, но даже провозились за работой вместо двух часов целых пять с половиною.
Meanwhile he had the satisfaction of experiencing that delightful time with which all travellers are familiar — namely, the time during which one sits in a room where, except for a litter of string, waste paper, and so forth, everything else has been packed.
В продолжение этого времени он имел удовольствие испытать приятные минуты, известные всякому путешественнику, когда в чемодане все уложено и в комнате валяются только веревочки, бумажки да разный сор, когда человек не принадлежит ни к дороге, ни к сиденью на месте, видит из окна проходящих, плетущихся людей, толкующих об своих гривнах и с каким-то глупым любопытством поднимающих глаза, чтобы, взглянув на него, опять продолжать свою дорогу, что еще более растравляет нерасположение духа бедного неедущего путешественника.
Всё, что ни есть, всё, что ни видит он: и лавчонка против его окон, и голова старухи, живущей в супротивном доме, подходящей к окну с коротенькими занавесками, -- всё ему гадко, однако же он не отходит от окна.
Стоит, то позабываясь, то обращая вновь какое-то притуплённое внимание на всё, что перед ним движется и не движется, и душит с досады какую-нибудь муху, которая в это время жужжит и бьется об стекло под его пальцем.
скачать в HTML/PDF
share
основано на 1 оценках: 5 из 5 1