StudyEnglishWords

5#

Повесть о двух городах. - параллельный перевод

Изучайте английский язык с помощью параллельного текста книги "Повесть о двух городах". Метод интервальных повторений для пополнения словарного запаса английских слов. Встроенный словарь. Всего 387 книг и 1726 познавательных видеороликов в бесплатном доступе.

страница 222 из 375  ←предыдущая следующая→ ...

Then, the miserable bakers' shops were beset by long files of them, patiently waiting to buy bad bread; and while they waited with stomachs faint and empty, they beguiled the time by embracing one another on the triumphs of the day, and achieving them again in gossip.
И с ночи по всему предместью у жалких пекарен выстраиваются длинные очереди за хлебом, и голодные люди терпеливо стоят часами.
Но сегодня время летит незаметно: люди в очереди бросаются друг другу в объятия, вспоминают события дня и заново переживают их, делясь впечатлениями.
Gradually, these strings of ragged people shortened and frayed away; and then poor lights began to shine in high windows, and slender fires were made in the streets, at which neighbours cooked in common, afterwards supping at their doors.
Мало-помалу длинные хвосты убывают, кое-где в окнах наверху зажигаются тусклые огоньки, а жильцы нижних этажей и подвалов раскладывают костры на улицах, и готовят скудную пишу сообща, и ужинают тут же на крыльце или у порога дома.
Scanty and insufficient suppers those, and innocent of meat, as of most other sauce to wretched bread.
Да какой это ужин — одно убожество, — мяса нет и в помине, редко какая приправа, кроме кипятка, сдабривает мякинный хлеб.
Yet, human fellowship infused some nourishment into the flinty viands, and struck some sparks of cheerfulness out of them.
И все же дружеское общение помогает им насытиться этой скудной пищей и даже поддерживает в них какую-то искру веселости.
Fathers and mothers who had had their full share in the worst of the day, played gently with their meagre children; and lovers, with such a world around them and before them, loved and hoped.
Отцы и матери, деятельно участвовавшие во всех страшных событиях нынешнего дня, сейчас мирно возятся со своими хилыми ребятишками; влюбленные, на глазах у которых творятся все эти ужасы и которые ничего другого не видали и не увидят в жизни, — любят и надеются.
It was almost morning, when Defarge's wine-shop parted with its last knot of customers, and Monsieur Defarge said to madame his wife, in husky tones, while fastening the door:
Было уже почти светло, когда дверь погребка закрылась за последними посетителями, и мосье Дефарж, задвигая засов, сказал охрипшим голосом своей супруге:
"At last it is come, my dear!"
— Наконец-то мы дожили до этого, дорогая!
"Eh well!" returned madame.
"Almost."
— Д-да, — протянула мадам, — почти.
Saint Antoine slept, the Defarges slept: even The Vengeance slept with her starved grocer, and the drum was at rest.
Сент-Антуанское предместье спит.
Спят супруги Дефарж.
Даже Месть спит со своим изможденным лавочником, и барабан ее безмолвствует.
The drum's was the only voice in Saint Antoine that blood and hurry had not changed.
После этого кровавого дня, когда все надсадились от крику, только у барабана не изменился голос, у него одного во всем предместье.
The Vengeance, as custodian of the drum, could have wakened him up and had the same speech out of him as before the Bastille fell, or old Foulon was seized; not so with the hoarse tones of the men and women in Saint Antoine's bosom.
Если бы Месть, которой поручили хранить барабан, разбудила его сейчас, он заговорил бы точно таким же голосом, каким говорил до взятия Бастилии и до расправы с Фулоном, — не то что жители Сент-Антуанского предместья, которые охрипли все до одного: их голоса нельзя было и узнать.
XXIII.
Fire Rises
Глава XXIII Пожар занялся
There was a change on the village where the fountain fell, and where the mender of roads went forth daily to hammer out of the stones on the highway such morsels of bread as might serve for patches to hold his poor ignorant soul and his poor reduced body together.
Какая-то перемена произошла в деревне, где струилась вода в водоеме и где каменщик, мостивший дорогу, добывал себе молотком из камней каждодневное пропитание — скудный кусок хлеба, позволявший его бедной неразумной душе держаться в отощалом теле.
The prison on the crag was not so dominant as of yore; there were soldiers to guard it, but not many; there were officers to guard the soldiers, but not one of them knew what his men would do—beyond this: that it would probably not be what he was ordered.
Тюрьма на скале уже не вселяла такого страха, как прежде, ее охраняли солдаты, но их было немного, солдатами командовали офицеры, но ни один из них не был уверен в своих подчиненных, — скорее они были уверены в том, что солдаты не только не подчинятся приказу своего командира, но поступят как раз наоборот.
скачать в HTML/PDF
share
основано на 3 оценках: 3 из 5 1