StudyEnglishWords

5#

Повесть о двух городах. - параллельный перевод

Изучайте английский язык с помощью параллельного текста книги "Повесть о двух городах". Метод интервальных повторений для пополнения словарного запаса английских слов. Встроенный словарь. Всего 390 книг и 1726 познавательных видеороликов в бесплатном доступе.

страница 249 из 375  ←предыдущая следующая→ ...

The deeper he sank into this silence, the fainter hope there was—or so Darnay thought—of his softening in any slight degree.
He, therefore, made haste to say:
Чем больше он замыкался в это суровое молчание, тем меньше было надежды смягчить его хоть немного, — так по крайней мере казалось Дарнею, — и он поспешил сказать:
"It is of the utmost importance to me (you know, Citizen, even better than I, of how much importance), that I should be able to communicate to Mr. Lorry of Tellson's Bank, an English gentleman who is now in Paris, the simple fact, without comment, that I have been thrown into the prison of La Force.
— Для меня чрезвычайно важно (вы, гражданин, лучше меня понимаете, насколько это важно) дать знать мистеру Лорри в банк Теллсона, — это англичанин, он сейчас здесь, в Париже, — что меня подвергли заключению в Лафорсе, просто только самый факт, без всяких подробностей.
Will you cause that to be done for me?"
Не возьметесь ли вы это сделать для меня?
"I will do," Defarge doggedly rejoined, "nothing for you.
— Я ничего для вас не возьмусь делать, — угрюмо ответил Дефарж.
My duty is to my country and the People.
— Мой долг служить родине и народу.
I am the sworn servant of both, against you.
Я присягал в верности им обоим, я не с вами, а с ними, против вас.
I will do nothing for you."
Для вас я ничего не стану делать.
Charles Darnay felt it hopeless to entreat him further, and his pride was touched besides.
Чарльз Дарней понял, что просить его о чем бы то ни было бесполезно, да и гордость не позволяла ему так унижаться.
As they walked on in silence, he could not but see how used the people were to the spectacle of prisoners passing along the streets.
The very children scarcely noticed him.
Они долго шагали молча, и Дарней невольно изумлялся, до какой степени народ привык к тому, что по улицам водят арестантов, даже дети при встрече с ним не обнаруживали ни малейшего любопытства.
A few passers turned their heads, and a few shook their fingers at him as an aristocrat; otherwise, that a man in good clothes should be going to prison, was no more remarkable than that a labourer in working clothes should be going to work.
Кое-кто из прохожих обернулся ему вслед, погрозил аристократу, но никого, по-видимому, не удивляло, что прилично одетого человека ведут под стражей в тюрьму, это было столь же обычное зрелище, как встретить на улице мастерового в рабочей блузе, идущего на работу.
In one narrow, dark, and dirty street through which they passed, an excited orator, mounted on a stool, was addressing an excited audience on the crimes against the people, of the king and the royal family.
На какой-то грязной и темной улочке они, проходя, видели оратора, который, стоя на табурете, взывал к возмущенной толпе, оглашая многочисленные преступления короля и королевской фамилии, совершенные ими против народа.
The few words that he caught from this man's lips, first made it known to Charles Darnay that the king was in prison, and that the foreign ambassadors had one and all left Paris.
Из того, что он успел уловить на ходу, Дарией только теперь узнал, что король заключен к тюрьму и что все до единого иностранные послы покинули Париж.
On the road (except at Beauvais) he had heard absolutely nothing.
За нее время своего путешествия он нигде (за исключением Бове) ни о чем, ни от кого не слышал.
The escort and the universal watchfulness had completely isolated him.
Охрана и неизменно окружавшая его бдительность совершенно изолировали его.
That he had fallen among far greater dangers than those which had developed themselves when he left England, he of course knew now.
Дарней теперь понимал, что опасности, которым он здесь подвергался, гораздо серьезнее, чем он мог предположить, когда уезжал из Англии.
That perils had thickened about him fast, and might thicken faster and faster yet, he of course knew now.
Он понимал, что опасности эти увеличиваются с каждым днем, ибо атмосфера становится все более неблагоприятной и угрожающей.
скачать в HTML/PDF
share
основано на 3 оценках: 3 из 5 1