5#

Под стягом победным. - параллельный перевод

Изучайте английский язык с помощью параллельного текста книги "Под стягом победным". Метод интервальных повторений для пополнения словарного запаса английских слов. Встроенный словарь. Аналог метода Ильи Франка по изучению английского языка. Всего 590 книг и 1839 познавательных видеороликов в бесплатном доступе.

страница 107 из 197  ←предыдущая следующая→ ...

It took him half the morning to nerve himself for what he foresaw to be a very uncomfortable interview; it was only then that he tore himself away from a last inspection of the boat, in Bush's and Brown's company, and climbed the stairs to Marie's boudoir and tapped at the door.
Пол-утра он набирался духа для разговора, который обещал быть весьма щекотливым, только оторвавшись от последнего осмотра лодки с Брауном и Бушем, он поднялся к будуару Мари и постучал.
He entered when she called, and stood there in the room of so many memories — the golden chairs with their oval backs upholstered in pink and white, the windows looking out on the sunlit Loire, and Marie in the window-seat with her needlework.
Она сказала «войдите», он вошел и остановился посреди комнаты, которая о стольком напоминала — золотые стулья с овальными спинками и розово-белой обивкой, окна, выходящие на залитую солнцем Луару, Мари с шитьем у окна.
"I wanted to say 'good morning'," he said at length, as Marie did nothing to help him out.
Она молчала.
— Я хотел пожелать вам доброго утра, — сказал он наконец.
"Good morning," said Marie.
— Доброе утро, — ответила Мари.
She bent her head over her needlework — the sunshine through the windows lit her hair gloriously — and spoke with her face concealed.
Она склонилась над шитьем — свет из окна озарял ее прекрасные волосы — и говорила, не поднимая глаз: —
"We only have to say 'good morning' to-day, and to-morrow we shall say 'goodbye'."
«Доброе утро» — сегодня, «прощай» — завтра.
"Yes," said Hornblower stupidly.
— Да, — сказал Хорнблауэр, не зная, что ответить.
"If you loved me," said Marie, "it would be terrible for me to have you go, and to know that for years we should not meet again — perhaps for ever.
— Если бы ты меня любил, — сказала Мари, — мне было бы больно тебя отпускать, надолго, может быть, навсегда.
But as you do not, then I am glad that you are going back to your wife and your child, and your ships, and your fighting.
Но ты меня не любишь, и я рада, что ты возвращаешься к жене и ребенку, к своим кораблям и сражениям.
That is what you wanted, and I am pleased that you should have it all."
Это то чего ты хочешь, и я рада, что это у тебя будет.
"Thank you," said Hornblower.
— Спасибо, — сказал Хорнблауэр.
Still she did not look up.
Она не подняла головы.
"You are the sort of man," she went on, "whom women love very easily.
— В таких, как ты, женщины легко влюбляются.
I do not expect that I shall be the last.
Не думаю, что я последняя.
I don't think that you will ever love anybody, or know what it is to do so."
Не думаю, что ты когда-нибудь кого-нибудь полюбишь или хотя бы поймешь, что это такое.
Hornblower could have said nothing in English in reply to these two astonishing statements, and in French he was perfectly helpless.
Хорнблауэр и по-английски не нашел бы, что ответить на эти два ошеломляющих заявления, на французском все был совершенно беспомощен.
He could only stammer.
Он пробормотал нечто невнятное.
"Goodbye," said Marie.
— Прощайте, — сказала Мари.
"Goodbye, madame," said Hornblower, lamely.
— Прощайте, мадам, — отвечал Хорнблауэр покорно.
His cheeks were burning as he came out into the upper hall, in a condition of mental distress in which humiliation only played a minor part.
Щеки его горели, когда он вышел в холл второго этажа, и не столько от унижения.
He was thoroughly conscious of having acted despicably, and of having been dismissed without dignity.
Он понимал, что вел себя жалко, и что ему указали на дверь.
скачать в HTML/PDF
share