4#

Преступление и наказание, Часть четвертая. - параллельный перевод

Изучайте английский язык с помощью параллельного текста книги "Преступление и наказание, Часть четвертая". Метод интервальных повторений для пополнения словарного запаса английских слов. Встроенный словарь. Аналог метода Ильи Франка по изучению английского языка. Всего 815 книг и 2646 познавательных видеороликов в бесплатном доступе.

страница 19 из 81  ←предыдущая следующая→ ...

I do not know whether he is well off now, and precisely what Marfa Petrovna left him; this will be known to me within a very short period; but no doubt here in Petersburg, if he has any pecuniary resources, he will relapse at once into his old ways.
Не знаю, богат ли он теперь и что именно оставила ему Марфа Петровна; об этом мне будет известно в самый непродолжительный срок; но уж, конечно, здесь, в Петербурге, имея хотя бы некоторые денежные средства, он примется тотчас за старое.
He is the most depraved, and abjectly vicious specimen of that class of men.
Это самый развращенный и погибший в пороках человек, из всех подобного рода людей!
I have considerable reason to believe that Marfa Petrovna, who was so unfortunate as to fall in love with him and to pay his debts eight years ago, was of service to him also in another way.
Solely by her exertions and sacrifices, a criminal charge, involving an element of fantastic and homicidal brutality for which he might well have been sentenced to Siberia, was hushed up.
Я имею значительное основание предполагать, что Марфа Петровна, имевшая несчастие столь полюбить его и выкупить из долгов, восемь лет назад, послужила ему еще и в другом отношении: единственно ее старанием и жертвами затушено было, в самом начале, уголовное дело, с примесью зверского и, так сказать, фантастического душегубства, за которое он весьма мог бы прогуляться в Сибирь.
That's the sort of man he is, if you care to know."
Вот каков этот человек, если хотите знать.
"Good heavens!" cried Pulcheria Alexandrovna.
- Ах, господи! - вскричала Пульхерия Александровна.
Raskolnikov listened attentively.
Раскольников внимательно слушал.
"Are you speaking the truth when you say that you have good evidence of this?"
Dounia asked sternly and emphatically.
- Вы правду говорите, что имеете об этом точные сведения? - спросила Дуня, строго и внушительно.
"I only repeat what I was told in secret by Marfa Petrovna.
- Я говорю только то, что слышал сам, по секрету, от покойницы Марфы Петровны.
I must observe that from the legal point of view the case was far from clear.
Надо заметить, что с юридической точки зрения дело это весьма темное.
There was, and I believe still is, living here a woman called Resslich, a foreigner, who lent small sums of money at interest, and did other commissions, and with this woman Svidrigailov had for a long while close and mysterious relations.
Здесь жила, да и теперь, кажется, проживает некоторая Ресслих, иностранка и сверх того мелкая процентщица, занимающаяся и другими делами.
С этою-то Ресслих господин Свидригайлов находился издавна в некоторых весьма близких и таинственных отношениях.
She had a relation, a niece I believe, living with her, a deaf and dumb girl of fifteen, or perhaps not more than fourteen.
Resslich hated this girl, and grudged her every crust; she used to beat her mercilessly.
У ней жила дальняя родственница, племянница кажется, глухонемая, девочка лет пятнадцати и даже четырнадцати, которую эта Ресслих беспредельно ненавидела и каждым куском попрекала; даже бесчеловечно била.
One day the girl was found hanging in the garret.
Раз она найдена была на чердаке удавившеюся.
At the inquest the verdict was suicide.
Присуждено, что от самоубийства.
After the usual proceedings the matter ended, but, later on, information was given that the child had been... cruelly outraged by Svidrigailov.
После обыкновенных процедур тем дело и кончилось, но впоследствии явился, однако, донос, что ребенок был... жестоко оскорблен Свидригайловым.
It is true, this was not clearly established, the information was given by another German woman of loose character whose word could not be trusted; no statement was actually made to the police, thanks to Marfa Petrovna's money and exertions; it did not get beyond gossip.
Правда, все это было темно, донос был от другой же немки, отъявленной женщины и не имевшей доверия; наконец, в сущности, и доноса не было, благодаря стараниям и деньгам Марфы Петровны; все ограничилось слухом.
скачать в HTML/PDF
share