StudyEnglishWords

5#

Преступление и наказание, Часть пятая. - параллельный перевод

Изучайте английский язык с помощью параллельного текста книги "Преступление и наказание, Часть пятая". Метод интервальных повторений для пополнения словарного запаса английских слов. Встроенный словарь. Всего 542 книги и 1777 познавательных видеороликов в бесплатном доступе.

страница 20 из 79  ←предыдущая следующая→ ...

Everything had been well done.
Even the table-cloth was nearly clean; the crockery, knives, forks and glasses were, of course, of all shapes and patterns, lent by different lodgers, but the table was properly laid at the time fixed, and Amalia Ivanovna, feeling she had done her work well, had put on a black silk dress and a cap with new mourning ribbons and met the returning party with some pride.
Действительно, все было приготовлено на славу: стол был накрыт даже довольно чисто, посуда, вилки, ножи, рюмки, стаканы, чашки - все это, конечно, было сборное, разнофасонное и разнокалиберное, от разных жильцов, но все было к известному часу на своем месте, и Амалия Ивановна, чувствуя, что отлично исполнила дело, встретила возвратившихся даже с некоторою гордостию, вся разодетая, в чепце с новыми траурными лентами и в черном платье.
This pride, though justifiable, displeased Katerina Ivanovna for some reason: "as though the table could not have been laid except by Amalia Ivanovna!"
Эта гордость, хотя и заслуженная, не понравилась почему-то Катерине Ивановне: "в самом деле, точно без Амалии Ивановны и стола бы не сумели накрыть!"
She disliked the cap with new ribbons, too.
"Could she be stuck up, the stupid German, because she was mistress of the house, and had consented as a favour to help her poor lodgers!
Не понравился ей тоже и чепец с новыми лентами: "уж не гордится ли, чего доброго, эта глупая немка тем, что она хозяйка и из милости согласилась помочь бедным жильцам?
As a favour!
Из милости!
Fancy that!
Прошу покорно!
Katerina Ivanovna's father who had been a colonel and almost a governor had sometimes had the table set for forty persons, and then anyone like Amalia Ivanovna, or rather Ludwigovna, would not have been allowed into the kitchen."
У папеньки Катерины Ивановны, который был полковник и чуть-чуть не губернатор, стол накрывался иной раз на сорок персон, так что какую-нибудь Амалию Ивановну, или лучше сказать Людвиговну, туда и на кухню бы не пустили..."
Katerina Ivanovna, however, put off expressing her feelings for the time and contented herself with treating her coldly, though she decided inwardly that she would certainly have to put Amalia Ivanovna down and set her in her proper place, for goodness only knew what she was fancying herself.
Впрочем, Катерина Ивановна положила до времени не высказывать своих чувств, хотя и решила в своем сердце, что Амалию Ивановну непременно надо будет сегодня же осадить и напомнить ей ее настоящее место, а то она бог знает что об себе замечтает, покамест же обошлась с ней только холодно.
Katerina Ivanovna was irritated too by the fact that hardly any of the lodgers invited had come to the funeral, except the Pole who had just managed to run into the cemetery, while to the memorial dinner the poorest and most insignificant of them had turned up, the wretched creatures, many of them not quite sober.
Другая неприятность тоже отчасти способствовала раздражению Катерины Ивановны: на похоронах из жильцов, званых на похороны, кроме полячка', который успел-таки забежать и на кладбище, никто почти не был; к поминкам же, то есть к закуске, явились из них все самые незначительные и бедные, многие из них не в своем даже виде, так, дрянь какая-то.
The older and more respectable of them all, as if by common consent, stayed away.
Которые же из постарше и посолиднее, те все, как нарочно, будто сговорившись, манкировали.
Pyotr Petrovitch Luzhin, for instance, who might be said to be the most respectable of all the lodgers, did not appear, though Katerina Ivanovna had the evening before told all the world, that is Amalia Ivanovna, Polenka, Sonia and the Pole, that he was the most generous, noble-hearted man with a large property and vast connections, who had been a friend of her first husband's, and a guest in her father's house, and that he had promised to use all his influence to secure her a considerable pension.
Петр Петрович Лужин, например, самый, можно сказать, солиднейший из всех жильцов, не явился, а между тем еще вчера же вечером Катерина Ивановна уже успела наговорить всем на свете, то есть Амалии Ивановне, Полечке, Соне и полячку', что это благороднейший, великодушнейший человек,с огромнейшими связями и с состоянием, бывший друг ее первого мужа, принятый в доме ее отца и который обещал употребить все средства, чтобы выхлопотать ей значительный пенсион.
скачать в HTML/PDF
share