StudyEnglishWords

4#

Преступление и наказание, Часть шестая, Эпилог. - параллельный перевод

Изучайте английский язык с помощью параллельного текста книги "Преступление и наказание, Часть шестая, Эпилог". Метод интервальных повторений для пополнения словарного запаса английских слов. Встроенный словарь. Всего 392 книги и 1726 познавательных видеороликов в бесплатном доступе.

страница 109 из 120  ←предыдущая следующая→ ...

In public conveyances and shops, wherever she could capture a listener, she would begin the discourse about her son, his article, how he had helped the student, how he had been burnt at the fire, and so on!
В публичных каретах, в лавках, поймав хоть какого-нибудь слушателя, наводила разговор на своего сына, на его статью, как он помогал студенту, был обожжен на пожаре и прочее.
Dounia did not know how to restrain her.
Дунечка даже не знала, как удержать ее.
Apart from the danger of her morbid excitement, there was the risk of someone's recalling Raskolnikov's name and speaking of the recent trial.
Уж кроме опасности такого восторженного, болезненного настроения, одно уже то грозило бедой, что кто-нибудь мог припомнить фамилию Раскольникова по бывшему судебному делу и заговорить об этом.
Pulcheria Alexandrovna found out the address of the mother of the two children her son had saved and insisted on going to see her.
Пульхерия Александровна узнала даже адрес матери двух спасенных от пожара малюток и хотела непременно отправиться к ней.
At last her restlessness reached an extreme point.
Наконец беспокойство ее возросло до крайних пределов.
She would sometimes begin to cry suddenly and was often ill and feverishly delirious.
Она иногда вдруг начинала плакать, часто заболевала и в жару бредила.
One morning she declared that by her reckoning Rodya ought soon to be home, that she remembered when he said good-bye to her he said that they must expect him back in nine months.
Однажды, поутру, она объявила прямо, что по ее расчетам скоро должен прибыть Родя, что она помнит, как он, прощаясь с нею, сам упоминал, что именно через девять месяцев надо ожидать его.
She began to prepare for his coming, began to do up her room for him, to clean the furniture, to wash and put up new hangings and so on.
Стала все прибирать в квартире и готовиться к встрече, стала отделывать назначавшуюся ему комнату (свою собственную), очищать мебель, мыть и надевать новые занавески и прочее.
Dounia was anxious, but said nothing and helped her to arrange the room.
Дуня встревожилась, но молчала и даже помогала ей устраивать комнату в приему брата.
After a fatiguing day spent in continual fancies, in joyful day-dreams and tears, Pulcheria Alexandrovna was taken ill in the night and by morning she was feverish and delirious.
После тревожного дня, проведенного в беспрерывных фантазиях, в радостных грезах и слезах, в ночь она заболела и наутро была уже в жару и в бреду.
It was brain fever.
Открылась горячка.
She died within a fortnight.
Через две недели она умерла.
In her delirium she dropped words which showed that she knew a great deal more about her son's terrible fate than they had supposed.
В бреду вырывались у ней слова, по которым можно было заключить, что она гораздо более подозревала в ужасной судьбе сына, чем даже предполагали.
For a long time Raskolnikov did not know of his mother's death, though a regular correspondence had been maintained from the time he reached Siberia.
Раскольников долго не знал о смерти матери, хотя корреспонденция с Петербургом установилась еще с самого начала водворения его в Сибири.
It was carried on by means of Sonia, who wrote every month to the Razumihins and received an answer with unfailing regularity.
Устроилась она через Соню, которая аккуратно каждый месяц писала в Петербург на имя Разумихина и аккуратно каждый месяц получала из Петербурга ответ.
At first they found Sonia's letters dry and unsatisfactory, but later on they came to the conclusion that the letters could not be better, for from these letters they received a complete picture of their unfortunate brother's life.
Письма Сони казались сперва Дуне и Разумихину как-то сухими и неудовлетворительными; но под конец оба они нашли, что писать лучше невозможно, потому что и из этих писем в результате получалось все-таки самое полное и точное представление о судьбе их несчастного брата.
Sonia's letters were full of the most matter-of-fact detail, the simplest and clearest description of all Raskolnikov's surroundings as a convict.
Письма Сони были наполняемы самою обыденною действительностью, самым простым и ясным описанием всей обстановки каторжной жизни Раскольникова.
скачать в HTML/PDF
share
основано на 1 оценках: 5 из 5 1