StudyEnglishWords

5#

Путешествия Гулливера. - параллельный перевод

Изучайте английский язык с помощью параллельного текста книги "Путешествия Гулливера". Метод интервальных повторений для пополнения словарного запаса английских слов. Встроенный словарь. Всего 556 книг и 1797 познавательных видеороликов в бесплатном доступе.

страница 185 из 277  ←предыдущая следующая→ ...

I had the curiosity to inquire in a particular manner, by what methods great numbers had procured to themselves high titles of honour, and prodigious estates; and I confined my inquiry to a very modern period: however, without grating upon present times, because I would be sure to give no offence even to foreigners (for I hope the reader need not be told, that I do not in the least intend my own country, in what I say upon this occasion,) a great number of persons concerned were called up; and, upon a very slight examination, discovered such a scene of infamy, that I cannot reflect upon it without some seriousness.
Я любопытствовал получить точные сведения, каким способом масса людей добыла знатные титулы и огромные богатства.
Я ограничил свои исследования самой недавней эпохой, не касаясь, впрочем, настоящего времени, из страха причинить обиду хотя бы иноземцам (ибо, я надеюсь, читателю нет надобности говорить, что все сказанное мной по этому поводу не имеет ни малейшего касательства к моей родине).
По моей просьбе вызвано было множество интересовавших меня лиц, и после самых поверхностных расспросов передо мной раскрылась такая картина бесчестья, что я не могу спокойно вспоминать об этом.
Perjury, oppression, subornation, fraud, pandarism, and the like infirmities, were among the most excusable arts they had to mention; and for these I gave, as it was reasonable, great allowance.
Вероломство, угнетение, подкуп, обман, сводничество и тому подобные немощи были еще самыми простительными средствами из упомянутых ими, и потому, как требовало того благоразумие, я отнесся к ним весьма снисходительно.
But when some confessed they owed their greatness and wealth to sodomy, or incest; others, to the prostituting of their own wives and daughters; others, to the betraying of their country or their prince; some, to poisoning; more to the perverting of justice, in order to destroy the innocent, I hope I may be pardoned, if these discoveries inclined me a little to abate of that profound veneration, which I am naturally apt to pay to persons of high rank, who ought to be treated with the utmost respect due to their sublime dignity, by us their inferiors.
Но когда одни из них сознались, что своим величием и богатством они обязаны содомии и кровосмешению, другие - торговле своими женами и дочерьми; третьи - измене своему отечеству или государю, четвертые - отраве, а большая часть - нарушению правосудия с целью погубить невинного, - то эти открытия, - я надеюсь, мне простят это, - побудили меня несколько умерить чувство глубокого почтения, которым я от природы проникнут к высокопоставленным особам, как и подобает маленькому человеку по отношению к лицам, наделенным высокими достоинствами.
I had often read of some great services done to princes and states, and desired to see the persons by whom those services were performed.
Часто мне приходилось читать о великих услугах, оказанных монархам и отечеству, и я исполнился желанием увидеть людей, которыми эти услуги были оказаны.
Upon inquiry I was told, “that their names were to be found on no record, except a few of them, whom history has represented as the vilest of rogues and traitors.”
Однако мне ответили, что имена их невозможно найти в архивах, за исключением немногих, которых история изобразила отъявленнейшими мошенниками и предателями.
As to the rest, I had never once heard of them.
Об остальных мне никогда не приходилось слышать ни слова.
They all appeared with dejected looks, and in the meanest habit; most of them telling me, “they died in poverty and disgrace, and the rest on a scaffold or a gibbet.”
Все они появились передо мной с удрученным видом и в очень худом платье, заявляя в большинстве случаев, что умерли от нищеты и немилости, иногда даже на эшафоте или на виселице.
Among others, there was one person, whose case appeared a little singular.
Среди них находился человек, судьба которого показалась мне исключительной.
He had a youth about eighteen years old standing by his side.
Подле него стоял восемнадцатилетний юноша.
скачать в HTML/PDF
share
основано на 2 оценках: 5 из 5 1