6#

Пять недель на воздушном шаре. - параллельный перевод

Изучайте английский язык с помощью параллельного текста книги "Пять недель на воздушном шаре". Метод интервальных повторений для пополнения словарного запаса английских слов. Встроенный словарь. Аналог метода Ильи Франка по изучению английского языка. Всего 802 книги и 2475 познавательных видеороликов в бесплатном доступе.

страница 155 из 264  ←предыдущая следующая→ ...

They dug down into a parched and powdery sand—the very dryest of all sand, indeed—there was not one trace of moisture!
Они стали рыть сухой рыхлый песок, но, увы, в нем не было и следа влаги.
The doctor saw them come up to the surface of the desert, saturated with perspiration, worn out, covered with fine dust, exhausted, discouraged and despairing.
Наконец, они поднялись из колодца, потные, осунувшиеся, запыленные, удрученные, в полним отчаянии.
He then comprehended that their search had been fruitless.
Фергюссон понял, что все поиски их оказались тщетными.
He had expected as much, and he kept silent, for he felt that, from this moment forth, he must have courage and energy enough for three.
Для него, впрочем, это не было неожиданностью, и он молчал.
Доктор почувствовал, что отныне ему надо быть и мужественным и энергичным за всех троих.
Joe brought up with him some pieces of a leathern bottle that had grown hard and horn-like with age, and angrily flung them away among the bleaching bones of the caravan.
Джо принес с собой из колодца затвердевшие обрывки бурдюка и с силой кинул их на валяющиеся кругом кости.
At supper, not a word was spoken by our travellers, and they even ate without appetite.
За ужином никто не проронил ни единого слова, да и ели с отвращением.
Yet they had not, up to this moment, endured the real agonies of thirst, and were in no desponding mood, excepting for the future.
А между тем ведь они еще и не знали настоящих мук жажды.
Лишь мысль о том, что ждет их впереди, приводила путников в такое уныние.
CHAPTER TWENTY-SIXTH.
ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ШЕСТАЯ
One Hundred and Thirteen Degrees.—The Doctor’s Reflections.—A Desperate Search.—The Cylinder goes out.—One Hundred and Twenty-two Degrees.—Contemplation of the Desert.—A Night Walk.—Solitude.—Debility.—Joe’s Prospects.—He gives himself One Day more.
Сто тринадцать градусов. – Размышления доктора. – Безнадежные поиски. – Горелка гаснет. – Сто двадцать два градуса. – Пустыня Сахара. – Ночная прогулка. – Одиночество. – Обморок. – Проект Джо. – День отсрочки.
The distance made by the balloon during the preceding day did not exceed ten miles, and, to keep it afloat, one hundred and sixty-two cubic feet of gas had been consumed.
Накануне
«Виктория» не пролетела и десяти миль, а между тем, для того чтобы держаться в воздухе, было истрачено сто шестьдесят два кубических фута газа.
On Saturday morning the doctor again gave the signal for departure.
Утром Фергюссон дал сигнал к отправлению.
“The cylinder can work only six hours longer; and, if in that time we shall not have found either a well or a spring of water, God alone knows what will become of us!”
– Горелка будет действовать еще в течение шести часов, – объявил он. – Если за это время мы не найдем какого-нибудь источника или колодца, одному богу известно, что с нами будет.
“Not much wind this morning, master,” said Joe; “but it will come up, perhaps,” he added, suddenly remarking the doctor’s ill-concealed depression.
– Что-то сегодня утром слабоват ветер, сэр, – проговорил Джо. – Но, быть может, он еще задует, – прибавил он, заметя на лице доктора печаль, которую тот тщетно пытался скрыть.
Vain hope!
Напрасные надежды!
The atmosphere was in a dead calm—one of those calms which hold vessels captive in tropical seas.
В воздухе стоял тот штиль, который порой надолго приковывает к одному месту суда в тропических морях.
скачать в HTML/PDF
share