4#

Свет в августе. - параллельный перевод

Изучайте английский язык с помощью параллельного текста книги "Свет в августе". Метод интервальных повторений для пополнения словарного запаса английских слов. Встроенный словарь. Аналог метода Ильи Франка по изучению английского языка. Всего 815 книг и 2620 познавательных видеороликов в бесплатном доступе.

страница 124 из 441  ←предыдущая следующая→ ...

And then—save for the concomitant ordeal of cleanliness—it was music that pleased the ear and words that did not trouble the ear at all—on the whole, pleasant, even if a little tiresome.
И тогда -- если не считать непременного испытания чистотой -- он был музыкой, приятной для слуха, и словами, слуха не задевавшими вовсе, -- в целом приятным, хотя и несколько утомительным.
He said nothing at all.
Мальчик ничего не сказал.
The buggy jolted on, the stout, wellkept team eagering, homing, barning.
Коляска подскакивала, крепкие, ухоженные мулы поторапливались -- к стойлу, к корму, к дому.
There was one other thing which he was not to remember until later, when memory no longer accepted his face, accepted the surface of remembering.
И было еще одно, что он вспомнил гораздо позже -- когда память уже не признавала того лица, не признавала поверхности воспоминания.
They were in the matron’s office; he standing motionless, not looking at the stranger’s eyes which he could feel upon him, waiting for the stranger to say what his eyes were thinking.
Они -- в кабинете начальницы: он стоит неподвижно, избегая смотреть в глаза незнакомцу, но чувствует на себе его взгляд и ждет, когда незнакомец скажет то, что думают его глаза.
Then it came:
И он слышит:
“Christmas.
"Кристмас.
A heathenish name.
Языческая фамилия.
Sacrilege.
Кощунство.
I will change that.”
Я ее переменю".
“That will be your legal right,” the matron said.
“We are not interested in what they are called, but in how they are treated.”
-- Это ваше законное право, -- ответила начальница. -- Нам важно, не как их зовут, а как с ними обращаются.
But the stranger was not listening to anyone anymore than he was talking to anyone.
-- Но чужой уже никого не слушал -- так же, как ни К кому не обращался.
“From now on his name will be McEachern.”
-- С нынешнего дня его будут звать Макихерн.
“That will be suitable,” the matron said.
“To give him your name.”
-- Это разумно, -- сказала начальница. -- Дать ему вашу фамилию.
“He will eat my bread and he will observe my religion,” the stranger said.
“Why should he not bear my name?”
-- Он будет есть мой хлеб и соблюдать мою веру, -- Сказал незнакомец. -- Почему бы ему не носить мою фамилию?
The child was not listening.
Мальчик не слушал.
He was not bothered.
Он был безучастен.
He did not especially care, anymore than if the man had said the day was hot when it was not hot.
Его это мало беспокоило -- не больше, чем если бы незнакомец сказал, что день жаркий, когда он на самом деле не жаркий.
He didn’t even bother to say to himself, My name ain’t McEachern.
Настолько мало, что он даже про себя не сказал Меня не Макихерном зовут.
My name is Christmas.
Меня зовут Кристма
There was no need to bother about that yet.
-- Беспокоиться из-за этого пока не стоило.
There was plenty of time.
Времени впереди было много.
“Why not, indeed?” the matron said.
Chapter 7
-- Почему бы и нет, в самом деле? -- сказала начальница.
AND memory knows this; twenty years later memory is still to believe, On this day I became a man.
-- И вот что знает память -- двадцать лет спустя память еще будет верить В тот день я стал мужчиной.
The clean, Spartan room was redolent of Sunday.
Чистая спартанская комната благоухала воскресеньем.
In the windows the clean, darned curtains stirred faintly in a breeze smelling of turned earth and crabapple.
Чистые штопаные занавески на окнах колыхались от ветерка, пахшего взрыхленной землей и лесным яблоком.
Upon the yellow imitation oak melodeon with its pedals padded with pieces of frayed and outworn carpet sat a fruitjar filled with larkspur.
На желтом, под дуб мелодеоне, педали которого были обиты вытертой и обтрепанной ковровой тканью, стояла стеклянная банка с цветами шпорника.
The boy sat in a straight chair beside the table on which was a nickel lamp and an enormous Bible with brass clasps and hinges and a brass lock.
Мальчик сидел на жестком стуле за столом, на котором стояла никелированная лампа и лежала огромная Библия с латунными застежками и петлями и латунным замком.
скачать в HTML/PDF
share
основано на 1 оценках: 5 из 5 1