4#

Свет в августе. - параллельный перевод

Изучайте английский язык с помощью параллельного текста книги "Свет в августе". Метод интервальных повторений для пополнения словарного запаса английских слов. Встроенный словарь. Аналог метода Ильи Франка по изучению английского языка. Всего 815 книг и 2620 познавательных видеороликов в бесплатном доступе.

страница 409 из 441  ←предыдущая следующая→ ...

When he stooped and saluted her, she smelled whiskey and cigars.
Он наклонился и поцеловал сноху, дохнув табаком и виски.
“I reckon you’ll do,” he said.
-- По-моему, вы будете подходящей женой, -- сказал он.
His eyes were bluff and bold, but kind.
“All the sanctimonious cuss wants anyway is somebody that can sing alto out of a Presbyterian hymnbook, where even the good Lord Himself couldn’t squeeze in any music.”
Взгляд у него был дерзкий, но добрый. -- Да и нужно-то нашему благочестивцу немного -лишь бы альтом умела петь пресвитерианские гимны, которые сам Господь на музыку не положит.
He drove away in the tasselled surrey, with his personal belongings about him—his clothes, his demijohn, his slaves.
Он уехал на украшенных кистями дрожках вместе со своим имуществом -одеждой, большой оплетенной бутылью, рабами.
The slave cook did not even remain to prepare the first meal.
Рабыня-стряпуха не осталась даже, чтобы приготовить новобрачным первый обед.
She was not offered, and so not refused.
Ее не предлагали в помощь -- и от нее не отказывались.
The father never entered the house again alive.
Отец при жизни в этом доме больше не появился.
He would have been welcome.
Ему были бы рады.
He and the son both knew this, without it ever being said.
И он и сын это понимали, хотя никогда не обсуждали вслух.
And the wife—she was one of many children of a genteel couple who had never got ahead and who seemed to find in the church some substitute for that which lacked upon the dinnertable—liked him, admired him in a hushed, alarmed, secret way: his swagger, his bluff and simple adherence to a simple code.
А сноха -- дочь благовоспитанных и многодетных родителей, которые не преуспели в жизни, а в церкви, видимо, нашли замену тому, чего не хватало на столе, -- любила его и опасливо, втихомолку им восхищалась: его ухарством, его грубоватой бесхитростной приверженностью нехитрым законам чести.
They would hear of his doings though, of how in the next summer after he removed to the country he invaded a protracted al fresco church revival being held in a nearby grove and turned it into a week of amateur horse racing while to a dwindling congregation gaunt, fanaticfaced country preachers thundered anathema from the rustic pulpit at his oblivious and unregenerate head.
Однако слухи о его проделках до них доходили: о том, как на другое лето после переезда за город он вмешался в затянувшееся радение, устроенное в соседней роще, и превратил его в неделю любительских конноспортивных состязаний, между тем как тощие и неистовые деревенские проповедники перед редеющей паствой призывали с сельского амвона проклятья на отпетую голову.
His reason for not visiting his son and his daughter-in-law was apparently frank:
Почему он не навещает сына и сноху, он объяснил как будто бы откровенно:
“You’d find me dull and I’d find you dull.
"Вам будет скучно со мной, мне будет скучно с вами.
And who knows? the cuss might corrupt me.
И кто его знает -- не ровен час, соблазнит меня парень.
Might corrupt me in my old age into heaven.”
Соблазнит старика -- раем".
But that was not the reason.
Но причина была другая.
The son knew that it was not, who would have been first to fight the aspersion were it to come from another: that there was delicacy of behavior and thought in the old man.
Сын знал, что другая; хотя он первым восстал бы против такого поклепа, если бы услышал его из чужих уст, сам-то он знал, что у старика есть и чуткость и щепетильность.
The son was an abolitionist almost before the sentiment had become a word to percolate down from the North.
Сын стал аболиционистом чуть ли не раньше, чем настроения эти, облекшись в слово, просочились с Севера.
Though when he learned that the Republicans did have a name for it, he completely changed the name of his conviction without abating his principles or behavior one jot.
Впрочем, узнав, что республиканцы придумали для этого название, он стал называть себя совсем по-другому, ни на йоту не изменив при этом своих убеждений и повадок.
скачать в HTML/PDF
share
основано на 1 оценках: 5 из 5 1