5#

Святилище. - параллельный перевод

Изучайте английский язык с помощью параллельного текста книги "Святилище". Метод интервальных повторений для пополнения словарного запаса английских слов. Встроенный словарь. Аналог метода Ильи Франка по изучению английского языка. Всего 742 книги и 2131 познавательный видеоролик в бесплатном доступе.

страница 163 из 233  ←предыдущая следующая→ ...

He walked to town and crossed the deserted square.
Хорес вышел в город, пересек пустынную площадь.
He thought of the other morning when he had crossed it.
Ему вспомнилось другое утро, когда он проходил здесь.
It was as though there had not been any elapsed time between: the same gesture of the lighted clock-face, the same vulture-like shadows in the doorways; it might be the same morning and he had merely crossed the square, about-faced and was returning; all between a dream filled with all the nightmare shapes it had taken him forty-three years to invent, concentrated in a hot, hard lump in his stomach.
Казалось, времени, протекшего с тех пор, не было: то же самое положение стрелок на освещенном циферблате, те же самые хищные тени у домов; может, это и есть то самое утро, он только прошел по площади, повернул назад и теперь возвращается; все это в каком-то сне, наполненном кошмарными призраками, на создание которых ушло сорок три года, сгустившихся теперь в его желудке горячим комом.
Suddenly he was walking fast, the coffee jolting like a hot, heavy rock inside him.
Внезапно Хорес зашагал быстрее, кофе трясся внутри, словно тяжелый, горячий булыжник.
He walked quietly up the drive, beginning to smell the honeysuckle from the fence.
Хорес неторопливо шел подъездной аллеей, ощущая доносящийся из-за ограды запах жимолости.
The house was dark, still, as though it were marooned in space by the ebb of all time.
Дом стоял темный, тихий, словно вынесенный в пространство отливом всех времен.
The insects had fallen to a low monotonous pitch, everywhere, nowhere, spent, as though the sound were the chemical agony of a world left stark and dying above the tide-edge of the fluid in which it lived and breathed.
Насекомые гудели низко, монотонно, везде и нигде, казалось, этот унылый звук являет собой удушье какого-то мира, окоченевшего и гибнущего за гранью отлива той атмосферы, в которой он жил и дышал.
The moon stood overhead, but without light; the earth lay beneath, without darkness.
Вверху стояла луна, но без света; внизу лежала земля без тьмы.
He opened the door and felt his way into the room and to the light.
Хорес открыл дверь и ощупью стал пробираться в комнату, к выключателю.
The voice of the night—insects, whatever it was—had followed him into the house; he knew suddenly that it was the friction of the earth on its axis, approaching that moment when it must decide to turn on or to remain forever still: a motionless ball in cooling space, across which a thick smell of honeysuckle writhed like cold smoke.
Голос ночи - хор насекомых, еще невесть что - проник вслед за ним в дом; Хорес вдруг понял, что это трение земли о свою ось, приближающее тот миг, когда ей придется решать, продолжать ли вращение или замереть навсегда: недвижный шар в ледяном пространстве, и вокруг него вьется, словно холодный дым, густой запах жимолости.
He found the light and turned it on.
Хорес нащупал выключатель и зажег свет.
The photograph sat on the dresser.
Фотография стояла на туалетном столике.
He took it up, holding it in his hands.
Он взял ее и стал разглядывать.
Enclosed by the narrow imprint of the missing frame Little Belle’s face dreamed with that quality of sweet chiaroscuro.
Лицо Маленькой Белл, окаймленное узким отпечатком снятой рамки, дремало в мягкой светотени.
Communicated to the cardboard by some quality of the light or perhaps by some infinitesimal movement of his hands, his own breathing, the face appeared to breathe in his palms in a shallow bath of highlight, beneath the slow, smoke-like tongues of invisible honeysuckle.
Благодаря какому-то свойству света или, возможно, неуловимым движениям его рук, его собственному дыханию лицо, казалось, дышит в его ладонях, в неглубокой ванне яркого света, над которой клубилось благоухание невидимой жимолости.
скачать в HTML/PDF
share