StudyEnglishWords

6#

Титан. - параллельный перевод

Изучайте английский язык с помощью параллельного текста книги "Титан". Метод интервальных повторений для пополнения словарного запаса английских слов. Встроенный словарь. Всего 392 книги и 1726 познавательных видеороликов в бесплатном доступе.

страница 135 из 570  ←предыдущая следующая→ ...

“I have a brother who is quite as American as I am.
— И брат у меня тоже настоящий американец.
We don’t either of us look like our father or mother.”
Мы с ним совсем не похожи на отца и мать.
“What does your brother do?” he asked, indifferently.
— А что делает ваш брат? — спросил Каупервуд, чтобы что-нибудь сказать.
“He’s one of the weighers at Arneel & Co.
— Он работает весовщиком у Арнила и К°.
He expects to be a manager sometime.”
Надеется когда-нибудь стать управляющим.
She smiled.
— Она улыбнулась.
Cowperwood looked at her speculatively, and after a momentary return glance she dropped her eyes.
Каупервуд испытующе посмотрел на нее, и она, не выдержав его взгляда, опустила глаза.
Slowly, in spite of herself, a telltale flush rose and mantled her brown cheeks.
Помимо воли предательский румянец запылал на ее смуглых щеках.
It always did when he looked at her.
Она всегда мучительно краснела, когда Каупервуд смотрел на нее.
“Take this letter to General Van Sickle,” he began, on this occasion quite helpfully, and in a few minutes she had recovered.
— Итак, что же мы писали генералу Ван-Сайклу? — пришел ей на помощь Каупервуд, и через несколько минут она уже овладела собой.
She could not be near Cowperwood for long at a time, however, without being stirred by a feeling which was not of her own willing.
Всякий раз, когда ей случалось оставаться наедине с Каупервудом, она испытывала странное волнение, с которым не могла справиться.
He fascinated and suffused her with a dull fire.
Сердце ее начинало отчаянно колотиться, и вся она горела как в огне.
She sometimes wondered whether a man so remarkable would ever be interested in a girl like her.
Порой Антуанета спрашивала себя, может ли такой замечательный человек обратить внимание на простую стенографистку.
The end of this essential interest, of course, was the eventual assumption of Antoinette.
Естественно, что, постоянно думая о Каупервуде, Антуанета в конце концов без памяти в него влюбилась.
One might go through all the dissolving details of days in which she sat taking dictation, receiving instructions, going about her office duties in a state of apparently chill, practical, commercial single-mindedness; but it would be to no purpose.
Можно было бы, конечно, рассказать, как она день за днем писала под его диктовку, выслушивала приказания, спокойно и деловито, как полагается образцовой секретарше, выполняла свои обязанности.
As a matter of fact, without in any way affecting the preciseness and accuracy of her labor, her thoughts were always upon the man in the inner office—the strange master who was then seeing his men, and in between, so it seemed, a whole world of individuals, solemn and commercial, who came, presented their cards, talked at times almost interminably, and went away.
Но мысли Антуанеты, хотя это и не отражалось на точности и аккуратности ее работы, были целиком поглощены необыкновенным человеком, сидевшим рядом в кабинете, — ее хозяином, к которому непрерывно приходили важные, солидные дельцы; они совали ей свою карточку и иной раз часами задерживались у него.
It was the rare individual, however, she observed, who had the long conversation with Cowperwood, and that interested her the more.
Правда, она заметила, что шеф редко снисходил до продолжительной беседы с кем-либо, и это очень интриговало ее.
His instructions to her were always of the briefest, and he depended on her native intelligence to supply much that he scarcely more than suggested.
Распоряжения, которые он отдавал, всегда отличались краткостью: он полагался на ее природную сметливость, мгновенно дополнявшую то, на что он только намекал.
“You understand, do you?” was his customary phrase.
— Вы поняли? — обычно спрашивал он.
“Yes,” she would reply.
— Да, — отвечала Антуанета.
She felt as though she were fifty times as significant here as she had ever been in her life before.
Никогда еще не чувствовала она себя столь значительным лицом, как теперь, — с тех пор как стала работать у Каупервуда.
скачать в HTML/PDF
share