StudyEnglishWords

6#

Титан. - параллельный перевод

Изучайте английский язык с помощью параллельного текста книги "Титан". Метод интервальных повторений для пополнения словарного запаса английских слов. Встроенный словарь. Всего 542 книги и 1777 познавательных видеороликов в бесплатном доступе.

страница 376 из 570  ←предыдущая следующая→ ...

“We’ll have to go outside of Chicago for that money.
— Придется нам поискать денег где-нибудь за пределами Чикаго.
Hand, Arneel, and the rest of that crowd have decided to combine against us.
Хэнд и Арнил со своей шайкой ополчились на нас.
That’s plain.
Ясно, что это их происки.
Something has started them off in full cry.
I suppose my resignation may have had something to do with it.
Не знаю, что их так разъярило, но они точно с цепи сорвались, Возможно, что какую-то роль сыграл и мой уход.
Anyhow, every one of the banks in which they have any hand has uniformly refused to come in.
Словом, все банки, в которых у них есть рука, отказались принять наше обеспечение — все как один.
To make sure that I was right I even called up the little old Third National of Lake View and the Drovers and Traders on Forty-seventh Street.
Для проверки я даже наведался к нашему старому знакомцу — в Третий национальный, а потом зашел и в Торгово-скотопромышленный на Сорок седьмой улице.
That’s Charlie Wallin’s bank.
Там сейчас работает Чарли Уоллин.
When I was over in the Lake National he used to hang around the back door asking for anything I could give him that was sound.
Когда я был еще директором
«Лейк-Сити-Нейшнл», этот тип вечно обивал у меня пороги, и я делал ему различные одолжения.
Now he says his orders are from his directors not to share in anything we have to offer.
Теперь он признался мне, что получил от своих директоров распоряжение не вступать с нами ни в какие сделки.
It’s the same story everywhere—they daren’t.
То же самое и в других банках — все трусят.
I asked Wallin if he knew why the directors were down on the Chicago Trust or on you, and at first he said he didn’t.
Я спросил Уоллина, в чем дело.
Почему его директора так восстановлены против Чикагского кредитного и лично против вас?
Then he said he’d stop in and lunch with me some day.
Он, понятно, заявил, что ничего не знает.
А потом пообещал зайти как-нибудь позавтракать со мной.
They’re the silliest lot of old ostriches I ever heard of.
Короче, это просто кучка старых, выживших из ума болванов, которые, точно страусы, зарывают голову в песок.
As if refusing to let us have money on any loan here was going to prevent us from getting it!
Ну, не дадут они нам займа, так мы получим его в другом месте!
They can take their little old one-horse banks and play blockhouses with them if they want to.
Пускай их сидят в своих заплесневелых банках и играют в бирюльки, раз уж ни на что другое не способны.
I can go to New York and in thirty-six hours raise twenty million dollars if we need it.”
А я поеду в Нью-Йорк, и через двое суток мы получим ссуду хоть в двадцать миллионов!
Addison was a little warm.
Эддисон разгорячился.
It was a new experience for him.
Впервые приходилось ему сталкиваться с таким тупоумием.
Cowperwood merely curled his mustaches and smiled sardonically.
Каупервуд только презрительно скривил губы и задумчиво покрутил кончики усов.
“Well, never mind,” he said.
— Ладно, не волнуйтесь, — сказал он.
“Will you go down to New York, or shall I?”
— Вы хотите сами ехать в Нью-Йорк, или, может быть, лучше съездить мне?
It was decided, after some talk, that Addison should go.
В конце концов они решили, что поедет Эддисон.
When he reached New York he found, to his surprise, that the local opposition to Cowperwood had, for some mysterious reason, begun to take root in the East.
Однако, прибыв в Нью-Йорк, Эддисон, к своему изумлению, обнаружил, что чикагские ненавистники Каупервуда успели каким-то таинственным образом распространить свое вредоносное влияние и на Нью-Йорк.
“I’ll tell you how it is,” observed Joseph Haeckelheimer, to whom Addison applied—a short, smug, pussy person who was the head of Haeckelheimer, Gotloeb & Co., international bankers.
— Видите ли, в чем дело, дорогой мой, — сказал Эддисону Джозеф Хэкелмайер, глава международного банкирского дома
«Хэкелмайер, Готлеб и К°», маленький, толстенький человечек, похожий на жирного самодовольного кота.
скачать в HTML/PDF
share