5#

Три мушкетера. Часть вторая. - параллельный перевод

Изучайте английский язык с помощью параллельного текста книги "Три мушкетера. Часть вторая". Метод интервальных повторений для пополнения словарного запаса английских слов. Встроенный словарь. Аналог метода Ильи Франка по изучению английского языка. Всего 815 книг и 2646 познавательных видеороликов в бесплатном доступе.

страница 139 из 310  ←предыдущая следующая→ ...

"Ah, to be sure," cried Porthos, "there is a diamond.
— Ах да, в самом деле в перстне алмаз! — вскричал Портос. 
Why the devil, then, do we plague ourselves about money, when there is a diamond?"
— Так чего же мы, черт возьми, жалуемся, что у нас нет денег?
"Stop a bit!" said Aramis.
— Да, правда! — подхватил Арамис.
"Well thought of, Porthos; this time you have an idea."
— Браво, Портос!
На этот раз действительно счастливая мысль!
"Undoubtedly," said Porthos, drawing himself up at Athos's compliment; "as there is a diamond, let us sell it."
— Конечно, — сказал Портос, возгордившись от комплимента Атоса, — раз есть алмаз, можно продать его.
"But," said d'Artagnan, "it is the queen's diamond."
— Но это подарок королевы, — возразил д'Артаньян.
"The stronger reason why it should be sold," replied Athos.
— Тем больше оснований пустить его в дело, — рассудил Атос. 
The queen saving Monsieur de Buckingham, her lover; nothing more just.
The queen saving us, her friends; nothing more moral.
Let us sell the diamond.
— То, что подарок королевы спасет Бекингэма, ее возлюбленного, будет как нельзя более справедливо, а то, что он спасет нас, ее друзей, будет как нельзя более добродетельно, и потому продадим алмаз.
What says Monsieur the Abbe?
Что думает об этом господин аббат?
I don't ask Porthos; his opinion has been given."
Я не спрашиваю мнения Портоса, оно уже известно.
"Why, I think," said Aramis, blushing as usual, "that his ring not coming from a mistress, and consequently not being a love token, d'Artagnan may sell it."
— Я полагаю, — краснея, заговорил Арамис, — что, поскольку этот перстень получен не от возлюбленной и, следовательно, не является залогом любви, д'Артаньян может продать его.
"My dear Aramis, you speak like theology personified.
— Любезный друг, вы говорите как олицетворенное богословие.
Your advice, then, is—"
Итак, по вашему мнению…
"To sell the diamond," replied Aramis.
— …следует продать алмаз, — ответил Арамис.
"Well, then," said d'Artagnan, gaily, "let us sell the diamond, and say no more about it."
— Ну хорошо! — весело согласился д'Артаньян. 
— Продадим алмаз, и не стоит больше об этом толковать.
The fusillade continued; but the four friends were out of reach, and the Rochellais only fired to appease their consciences.
Стрельба продолжалась, но наши друзья были уже на расстоянии, недосягаемом для выстрелов, и ларошельцы палили только для очистки совести.
"My faith, it was time that idea came into Porthos's head.
— Право, эта мысль вовремя осенила Портоса: вот мы и дошли.
Here we are at the camp; therefore, gentlemen, not a word more of this affair.
Итак, господа, ни слова больше обо всем этом деле.
We are observed; they are coming to meet us.
We shall be carried in triumph."
На нас смотрят, к нам идут навстречу и нам устроят торжественный прием.
In fact, as we have said, the whole camp was in motion.
More than two thousand persons had assisted, as at a spectacle, in this fortunate but wild undertaking of the four friends—an undertaking of which they were far from suspecting the real motive.
Действительно, как мы уже говорили, весь лагерь пришел в волнение: более двух тысяч человек были, словно на спектакле, зрителями благополучно окончившейся смелой выходки четырех друзей; о настоящей побудительной причине ее никто, конечно, не догадывался.
Nothing was heard but cries of
Над лагерем стоял гул приветствий:
"Live the Musketeers!
Live the Guards!"
— Да здравствуют гвардейцы!
Да здравствуют мушкетеры!
M. de Busigny was the first to come and shake Athos by the hand, and acknowledge that the wager was lost.
Г-н де Бюзиньи первый подошел, пожал руку Атосу и признал, что пари выиграно.
The dragoon and the Swiss followed him, and all their comrades followed the dragoon and the Swiss.
За де Бюзиньи подошли драгун и швейцарец, а за ними кинулись и все их товарищи.
There was nothing but felicitations, pressures of the hand, and embraces; there was no end to the inextinguishable laughter at the Rochellais.
Поздравлениям, рукопожатиям, объятиям и неистощимым шуткам и насмешкам над ларошельцами не было конца.
скачать в HTML/PDF
share