5#

Три мушкетера. Часть вторая. - параллельный перевод

Изучайте английский язык с помощью параллельного текста книги "Три мушкетера. Часть вторая". Метод интервальных повторений для пополнения словарного запаса английских слов. Встроенный словарь. Аналог метода Ильи Франка по изучению английского языка. Всего 760 книг и 2198 познавательных видеороликов в бесплатном доступе.

страница 281 из 310  ←предыдущая следующая→ ...

God would not permit such a crime!"
— Бог не допустит такого преступления!
"Water, water!" cried d'Artagnan.
— Воды, воды! — кричал д'Артаньян. 
"Water!"
— Воды!
"Oh, poor woman, poor woman!" murmured Athos, in a broken voice.
— Бедняжка!
Бедняжка! — хриплым голосом шептал Атос.
Mme.
Bonacieux opened her eyes under the kisses of d'Artagnan.
Оживленная поцелуями д'Артаньяна, г-жа Бонасье открыла глаза.
"She revives!" cried the young man.
— Она приходит в себя! — воскликнул юноша. 
"Oh, my God, my God, I thank thee!"
— Слава богу!
"Madame!" said Athos, "madame, in the name of heaven, whose empty glass is this?"
— Сударыня… — заговорил Атос, — сударыня, скажите, ради бога, чья это пустая рюмка?
"Mine, monsieur," said the young woman, in a dying voice.
— Моя, сударь… — ответила молодая женщина умирающим голосом.
"But who poured the wine for you that was in this glass?"
— А кто вам налил вино, которое было в рюмке?
"She."
— Она.
"But who is SHE?"
— Да кто же это она?
"Oh, I remember!" said Mme.
Bonacieux, "the Comtesse de Winter."
— А, вспомнила! — сказала г-жа Бонасье. 
— Графиня Винтер.
The four friends uttered one and the same cry, but that of Athos dominated all the rest.
Четыре друга все разом вскрикнули, но крик Атоса был громче остальных.
At that moment the countenance of Mme.
Bonacieux became livid; a fearful agony pervaded her frame, and she sank panting into the arms of Porthos and Aramis.
Лицо г-жи Бонасье покрылось мертвенной бледностью, острая боль подкосила ее, и она, задыхаясь, упала на руки Портоса и Арамиса.
D'Artagnan seized the hands of Athos with an anguish difficult to be described.
Д'Артаньян с неописуемой тревогой схватил Атоса за руку.
"And what do you believe?'
— Неужели ты допускаешь?.. 
His voice was stifled by sobs.
— Голос его перешел в рыдание.
"I believe everything," said Athos biting his lips till the blood sprang to avoid sighing.
— Я допускаю все, — ответил Атос и до крови закусил губы, стараясь подавить невольный вздох.
"d'Artagnan, d'Artagnan!" cried Mme.
Bonacieux, "where art thou?
— Д'Артаньян, д'Артаньян, — крикнула г-жа Бонасье, — где ты?
Do not leave me!
You see I am dying!"
Не оставляй меня, видишь — я умираю!
D'Artagnan released the hands of Athos which he still held clasped in both his own, and hastened to her.
Д'Артаньян, все еще трепетно сжимавший руку Атоса, выпустил ее и кинулся к г-же Бонасье.
Her beautiful face was distorted with agony; her glassy eyes had no longer their sight; a convulsive shuddering shook her whole body; the sweat rolled from her brow.
Ее прекрасное лицо исказилось, остекленевшие глаза уже утратили всякое выражение, судорожная дрожь сотрясала тело, по лбу катился пот…
"In the name of heaven, run, call!
Aramis!
Porthos!
Call for help!"
— Ради бога, бегите, позовите кого-нибудь… Портос, Арамис, просите помощи!
"Useless!" said Athos, "useless!
For the poison which SHE pours there is no antidote."
— Бесполезно, — сказал Атос. 
— Бесполезно: от яда, который подмешивает она, нет противоядия.
"Yes, yes!
Help, help!" murmured Mme.
Bonacieux; "help!"
— Да-да, помогите! — прошептала г-жа Бонасье. 
— Помогите!
Then, collecting all her strength, she took the head of the young man between her hands, looked at him for an instant as if her whole soul passed into that look, and with a sobbing cry pressed her lips to his.
Потом, собрав последние силы, она взяла обеими руками голову юноши, посмотрела на него так, словно изливала в этом взгляде всю душу, и с горестным возгласом прижалась губами к его губам.
"Constance, Constance!" cried d'Artagnan.
— Констанция!
Констанция! — крикнул д'Артаньян.
A sigh escaped from the mouth of Mme.
Bonacieux, and dwelt for an instant on the lips of d'Artagnan.
That sigh was the soul, so chaste and so loving, which reascended to heaven.
Вздох вылетел из уст г-жи Бонасье и коснулся уст д'Артаньяна — то отлетела на небо ее чистая и любящая душа.
скачать в HTML/PDF
share