5#

УНЕСЕННЫЕ ВЕТРОМ Том 2. - параллельный перевод

Изучайте английский язык с помощью параллельного текста книги "УНЕСЕННЫЕ ВЕТРОМ Том 2". Метод интервальных повторений для пополнения словарного запаса английских слов. Встроенный словарь. Аналог метода Ильи Франка по изучению английского языка. Всего 633 книги и 1879 познавательных видеороликов в бесплатном доступе.

страница 499 из 612  ←предыдущая следующая→ ...

He was shaking, as though he stood in a strong wind, and his lips, traveling from her mouth downward to where the wrapper had fallen from her body, fell on her soft flesh.
Он покачивался, точно под порывами сильного ветра, и губы его, оторвавшись от ее рта, скользнули вниз — туда, где распахнутый капот обнажал нежную кожу.
He was muttering things she did not hear, his lips were evoking feelings never felt before.
Он шептал какие-то слова, которых она не могла разобрать, губы его рождали чувства, прежде ей неведомые.
She was darkness and he was darkness and there had never been anything before this time, only darkness and his lips upon her.
Тьма владела ею, тьма владела им, и все прочее перестало существовать — была лишь тьма, и его губы на ее теле.
She tried to speak and his mouth was over hers again.
Она попыталась что-то сказать, и он тотчас снова закрыл ей рот поцелуем.
Suddenly she had a wild thrill such as she had never known; joy, fear, madness, excitement, surrender to arms that were too strong, lips too bruising, fate that moved too fast.
И вдруг дотоле не познанный дикий вихрь восторга закружил ее — радость, страх, волнение, безумие, желание раствориться в этих сильных руках, под этими испепеляющими поцелуями, отдаться судьбе, которая стремительно несла ее куда-то.
For the first time in her life she had met someone, something stronger than she, someone she could neither bully nor break, someone who was bullying and breaking her.
Впервые в жизни она встретила человека, который оказался сильнее ее, человека, которого она не смогла ни запугать, ни сломить, человека, который сумел запугать и сломить ее.
Somehow, her arms were around his neck and her lips trembling beneath his and they were going up, up into the darkness again, a darkness that was soft and swirling and all enveloping.
И она вдруг почувствовала, что руки ее сами собой обвились вокруг его шеи и губы трепещут под его губами, и они снова поднимаются — все выше, выше, в темноте, темноте мягкой, кружащей голову, обволакивающей.
When she awoke the next morning, he was gone and had it not been for the rumpled pillow beside her, she would have thought the happenings of the night before a wild preposterous dream.
Когда на другое утро она проснулась, Ретта возле нее уже не было, и если бы не смятая подушка рядом, она могла бы подумать, что все происшедшее ночью приснилось ей в диком, нелепом сне.
She went crimson at the memory and, pulling the bed covers up about her neck, lay bathed in sunlight, trying to sort out the jumbled impressions in her mind.
Она покраснела при одном воспоминании и, натянув до подбородка одеяло, продолжала лежать в солнечном свете, пытаясь разобраться в своих беспорядочных ощущениях.
Two things stood to the fore.
Два обстоятельства обращали на себя внимание.
She had lived for years with Rhett, slept with him, eaten with him, quarreled with him and borne his child--and yet, she did not know him.
Она проявила не один год с Реттом, спала с ним, ела с ним, ссорилась, родила ему ребенка — и, однако же, не знала его.
The man who had carried her up the dark stairs was a stranger of whose existence she had not dreamed.
Человек, поднявшийся с нею на руках по темным ступеням, был ей незнаком, о существовании его она даже и не подозревала.
And now, though she tried to make herself hate him, tried to be indignant, she could not.
И сейчас, сколько она ни старалась возненавидеть его, возмутиться, — она ничего не могла с собой поделать.
He had humbled her, hurt her, used her brutally through a wild mad night and she had gloried in it.
Он унизил ее, причинил ей боль, делал с ней что хотел на протяжении всей этой дикой, безумной ночи, и она лишь упивалась этим.
Oh, she should be ashamed, should shrink from the very memory of the hot swirling darkness!
А ведь должна была бы устыдиться, должна была бы бежать даже воспоминаний о жаркой, кружащей голову тьме!
A lady, a real lady, could never hold up her head after such a night.
Леди, настоящая леди, не могла бы людям в глаза глядеть после такой ночи.
скачать в HTML/PDF
share
основано на 2 оценках: 5 из 5 1