5#

Холодный дом. - параллельный перевод

Изучайте английский язык с помощью параллельного текста книги "Холодный дом". Метод интервальных повторений для пополнения словарного запаса английских слов. Встроенный словарь. Аналог метода Ильи Франка по изучению английского языка. Всего 686 книг и 1999 познавательных видеороликов в бесплатном доступе.

страница 140 из 1035  ←предыдущая следующая→ ...

I would have had that fellow shot without the least remorse!"
Я бы его пристрелил, и — без малейших угрызений совести!
"Did he do it on purpose?"
Mr. Jarndyce inquired.
— Он сделал это нарочно? — спросил мистер Джарндис.
"I have not the slightest doubt that the scoundrel has passed his whole existence in misdirecting travellers!" returned the other.
— Ничуть не сомневаюсь, что мошенник всю свою жизнь только и делает, что сбивает проезжих с пути! 
— Загремел тот в ответ. 
"By my soul, I thought him the worst-looking dog I had ever beheld when he was telling me to take the turning to the right.
— Когда он советовал мне свернуть направо, я, клянусь душой, подумал, что это самый паршивый пес, какого я когда-либо встречал.
And yet I stood before that fellow face to face and didn't knock his brains out!"
Да и я тоже хорош — стоял лицом к лицу с подобным прохвостом и не выбил ему мозгов!
"Teeth, you mean?" said Mr. Jarndyce.
— Ты хочешь сказать — зубов! — вставил мистер Джарндис.
"Ha, ha, ha!" laughed Mr. Lawrence Boythorn, really making the whole house vibrate.
— Ха-ха-ха! — захохотал мистер Лоуренс Бойторн, да так раскатисто, что стекла задребезжали. 
"What, you have not forgotten it yet!
— Как?
Ты еще помнишь?
Ha, ha, ha!
Ха-ха-ха!..
And that was another most consummate vagabond!
Тот малый тоже был беспутнейшим из бродяг!
By my soul, the countenance of that fellow when he was a boy was the blackest image of perfidy, cowardice, and cruelty ever set up as a scarecrow in a field of scoundrels.
Могу поклясться, что он еще мальчишкой являл собой такое мрачное воплощение коварства, трусости и жестокости, что мог бы торчать пугалом на поле, усеянном подлецами.
If I were to meet that most unparalleled despot in the streets to-morrow, I would fell him like a rotten tree!"
Случись мне завтра встретить на улице этого беспримерного мерзавца, я его сшибу как трухлявое дерево!
"I have no doubt of it," said Mr. Jarndyce.
— Не сомневаюсь, — откликнулся мистер Джарндис. 
"Now, will you come upstairs?"
— А теперь не хочешь ли пройти наверх?
"By my soul, Jarndyce," returned his guest, who seemed to refer to his watch, "if you had been married, I would have turned back at the garden-gate and gone away to the remotest summits of the Himalaya Mountains sooner than I would have presented myself at this unseasonable hour."
— Могу поклясться, Джарндис, — проговорил гость, очевидно взглянув на часы, — будь ты женат, я повернул бы обратно у садовых ворот и удрал бы на отдаленнейшую вершину Гималайских гор, лишь бы не являться сюда в такой поздний час.
"Not quite so far, I hope?" said Mr. Jarndyce.
— Ну, зачем же так далеко! — сказал мистер Джарндис.
"By my life and honour, yes!" cried the visitor.
— Клянусь жизнью и честью, — на Гималаи! — вскричал гость. 
"I wouldn't be guilty of the audacious insolence of keeping a lady of the house waiting all this time for any earthly consideration.
— Я ни в коем случае не позволил бы себе столь дерзкой вольности — заставить хозяйку дома ждать меня так долго.
I would infinitely rather destroy myself--infinitely rather!"
Я скорей уничтожил бы сам себя… гораздо скорей!
Talking thus, they went upstairs, and presently we heard him in his bedroom thundering
"Ha, ha, ha!" and again
"Ha, ha, ha!" until the flattest echo in the neighbourhood seemed to catch the contagion and to laugh as enjoyingly as he did or as we did when we heard him laugh.
Не прерывая разговора, они стали подниматься по лестнице, и вскоре мы услышали из комнаты, отведенной мистеру Бойторну, громогласное «ха-ха-ха!», потом снова «ха-ха-ха!» — и вот даже самое отдаленное эхо стало вторить этим звукам и захохотало так же весело, как он или как мы, когда до нас донесся его хохот.
We all conceived a prepossession in his favour, for there was a sterling quality in this laugh, and in his vigorous, healthy voice, and in the roundness and fullness with which he uttered every word he spoke, and in the very fury of his superlatives, which seemed to go off like blank cannons and hurt nothing.
Еще не видя гостя, мы почувствовали, что он всем нам придется по душе, — столько искренности было в его хохоте, в его могучем, здоровом голосе, в той выразительности и отчетливости, с какими он произносил каждое слово, и даже в самом неистовстве, с каким он обо всем говорил в превосходной степени, что, впрочем, подобно холостой стрельбе из орудий, не задевало никого.
скачать в HTML/PDF
share
основано на 1 оценках: 5 из 5 1