4#

Чувство И Чувствительность [Разум И Чувство]. - параллельный перевод

Изучайте английский язык с помощью параллельного текста книги "Чувство И Чувствительность [Разум И Чувство]". Метод интервальных повторений для пополнения словарного запаса английских слов. Встроенный словарь. Аналог метода Ильи Франка по изучению английского языка. Всего 815 книг и 2620 познавательных видеороликов в бесплатном доступе.

страница 268 из 346  ←предыдущая следующая→ ...

Has Colonel Brandon been with you lately?"
Давно ли ты видела полковника Брэндона?
Elinor had heard enough, if not to gratify her vanity, and raise her self-importance, to agitate her nerves and fill her mind;—and she was therefore glad to be spared from the necessity of saying much in reply herself, and from the danger of hearing any thing more from her brother, by the entrance of Mr. Robert Ferrars.
Элинор услышала достаточно если не для того, чтобы ее тщеславие было польщено и она возвысилась бы в собственных глазах, так для того, чтобы взволноваться и задуматься, а потому с облегчением увидела, что в гостиную входит мистер Роберт Феррарс, избавляя ее от необходимости отвечать и от опасности услышать из уст брата еще что-нибудь не менее утешительное.
After a few moments' chat, John Dashwood, recollecting that Fanny was yet uninformed of her sister's being there, quitted the room in quest of her; and Elinor was left to improve her acquaintance with Robert, who, by the gay unconcern, the happy self-complacency of his manner while enjoying so unfair a division of his mother's love and liberality, to the prejudice of his banished brother, earned only by his own dissipated course of life, and that brother's integrity, was confirming her most unfavourable opinion of his head and heart.
Они немного побеседовали, но тут мистер Джон Дэшвуд спохватился, что Фанни все еще пребывает в неведении о визите его сестры, и отправился на ее розыски, а Элинор представилась возможность узнать Роберта поближе.
Обнаружив, что его беззаботное легкомыслие и слепое самодовольство остались прежними и он нисколько не смущен тем, что в ущерб отринутому за душевное благородство брату ему досталась столь несправедливо большая доля материнской любви и щедрости, которые он заслужил лишь распущенным образом жизни, она окончательно утвердилась в своем весьма низком мнении о его уме и сердце.
They had scarcely been two minutes by themselves, before he began to speak of Edward; for he, too, had heard of the living, and was very inquisitive on the subject.
Они и двух минут не пробыли наедине, как Роберт заговорил об Эдварде.
Он тоже прослышал про приход и сгорал от любопытства.
Elinor repeated the particulars of it, as she had given them to John; and their effect on Robert, though very different, was not less striking than it had been on HIM.
Элинор повторила все, что уже сказала Джону, и на Роберта это произвело столь же сильное, хотя и совсем иное впечатление.
He laughed most immoderately.
Он неприлично захохотал.
The idea of Edward's being a clergyman, and living in a small parsonage-house, diverted him beyond measure;—and when to that was added the fanciful imagery of Edward reading prayers in a white surplice, and publishing the banns of marriage between John Smith and Mary Brown, he could conceive nothing more ridiculous.
Эдвард станет священником и поселится в крохотном сельском доме — о, это чрезвычайно смешно!
А когда он нарисовал воображаемую картину, как Эдвард в белом стихаре возносит молитву и объявляет о предстоящем бракосочетании пастуха Джона Смита с птичницей Мэри Браун, веселью его уже не было предела.
Elinor, while she waited in silence and immovable gravity, the conclusion of such folly, could not restrain her eyes from being fixed on him with a look that spoke all the contempt it excited.
Элинор в полном молчании без тени улыбки ожидала, когда он даст отдохнуть своему остроумию, но не сумела удержаться и глаза ее выразили все презрение, которое оно в ней пробудило.
It was a look, however, very well bestowed, for it relieved her own feelings, and gave no intelligence to him.
He was recalled from wit to wisdom, not by any reproof of hers, but by his own sensibility.
Однако раскаиваться ей не пришлось: она облегчила свое сердце, Роберт же не сумел прочесть ее взгляда и оставил насмешки ради мудрых назиданий, побуждаемый не ее неодобрением, но лишь собственной чувствительностью.
скачать в HTML/PDF
share
основано на 3 оценках: 5 из 5 1