6#

Шагреневая кожа. - параллельный перевод

Изучайте английский язык с помощью параллельного текста книги "Шагреневая кожа". Метод интервальных повторений для пополнения словарного запаса английских слов. Встроенный словарь. Аналог метода Ильи Франка по изучению английского языка. Всего 756 книг и 2171 познавательный видеоролик в бесплатном доступе.

страница 168 из 280  ←предыдущая следующая→ ...

'M. de Valentin owes me something, and does not pay.
«Господин де Валантен мне должен и не платит.
I have a hold on him.
Он в моих руках.
He had better not show me any offensive airs!'
О, посмей он только подать вид, что ему неприятно со мной встречаться! «
You must bow to your creditors, and moreover bow politely.
Кредиторам необходимо кланяться, и кланяться приветливо.
'When are you going to pay me?' say they.
«Когда вы мне заплатите? « — говорят они.
And you must lie, and beg money of another man, and cringe to a fool seated on his strong-box, and receive sour looks in return from these horse-leeches; a blow would be less hateful; you must put up with their crass ignorance and calculating morality.
И ты обязан лгать, выпрашивать деньги у кого-нибудь другого, кланяться дураку, восседающему на своем сундуке, встречать его холодный взгляд, взгляд лихоимца, более оскорбительный, чем пощечина, терпеть его Баремову мораль и грубое его невежество.
A debt is a feat of the imaginative that they cannot appreciate.
Долги — это спутники сильного воображения, чего не понимают кредиторы.
A borrower is often carried away and over-mastered by generous impulses; nothing great, nothing magnanimous can move or dominate those who live for money, and recognize nothing but money.
Порывы души увлекают и часто порабощают того, кто берет взаймы, тогда как ничто великое не порабощает, ничто возвышенное не руководит теми, кто живет ради денег и ничего, кроме денег, не знает.
I myself held money in abhorrence.
Мне деньги внушали ужас.
"Or a bill may undergo a final transformation into some meritorious old man with a family dependent upon him.
Наконец, вексель может преобразиться в старика, обремененного семейством и наделенного всяческими добродетелями.
My creditor might be a living picture for Greuze, a paralytic with his children round him, a soldier's widow, holding out beseeching hands to me.
Я мог бы стать должником какой-нибудь одушевленной картины Греза, паралитика, окруженного детьми, вдовы солдата, и все они стали бы протягивать ко мне руки с мольбой.
Terrible creditors are these with whom we are forced to sympathize, and when their claims are satisfied we owe them a further debt of assistance.
Ужасны те кредиторы, с которыми надо плакать; когда мы им заплатим, мы должны еще оказывать им помощь.
"The night before the bills fell due, I lay down with the false calm of those who sleep before their approaching execution, or with a duel in prospect, rocked as they are by delusive hopes.
Накануне срока платежа я лег спать с тем мнимым спокойствием, с каким спят люди перед казнью, перед дуэлью, позволяя обманчивой надежде убаюкивать их.
But when I woke, when I was cool and collected, when I found myself imprisoned in a banker's portfolio, and floundering in statements covered with red ink—then my debts sprang up everywhere, like grasshoppers, before my eyes.
There were my debts, my clock, my armchairs; my debts were inlaid in the very furniture which I liked best to use.
Но когда я проснулся и пришел в себя, когда я почувствовал, что душа моя запрятана в бумажнике банкира, покоится в описях, записана красными чернилами, то отовсюду, точно кузнечики, стали выскакивать мои долги: они были в часах, на креслах; ими была инкрустирована моя любимая мебель.
These gentle inanimate slaves were to fall prey to the harpies of the Chatelet, were to be carried off by the broker's men, and brutally thrown on the market.
Мои вещи станут добычею судейских гарпий, и милых моих неодушевленных рабов судебные пристава уволокут и как попало свалят на площади.
скачать в HTML/PDF
share