6#

Шагреневая кожа. - параллельный перевод

Изучайте английский язык с помощью параллельного текста книги "Шагреневая кожа". Метод интервальных повторений для пополнения словарного запаса английских слов. Встроенный словарь. Аналог метода Ильи Франка по изучению английского языка. Всего 756 книг и 2171 познавательный видеоролик в бесплатном доступе.

страница 187 из 280  ←предыдущая следующая→ ...

Raphael was reading the paper.
He sat in an armchair wrapped in a dressing-gown with some large pattern on it.
Закутанный в халат с крупным узором, усевшись в глубокое мягкое кресло, Рафаэль читал газету.
The intense melancholy that preyed upon him could be discerned in his languid posture and feeble frame; it was depicted on his brow and white face; he looked like some plant bleached by darkness.
Крайняя степень меланхолии, которою он, видимо, был охвачен, сказывалась в болезненной позе его расслабленного тела, отпечатлелась на лбу, на всем его лице, бледном, как чахлый цветок.
There was a kind of effeminate grace about him; the fancies peculiar to wealthy invalids were also noticeable.
Какое-то женственное изящество, а также странности, свойственные богатым больным, отличали его.
His hands were soft and white, like a pretty woman's; he wore his fair hair, now grown scanty, curled about his temples with a refinement of vanity.
Как у хорошенькой женщины, руки его были белы, мягки и нежны.
Белокурые поредевшие волосы утонченно-кокетливо вились у висков.
The Greek cap that he wore was pulled to one side by the weight of its tassel; too heavy for the light material of which it was made.
Греческая скуфейка из легкого кашемира под тяжестью кисти сползла набок.
He had let the paper-knife fall at his feet, a malachite blade with gold mounting, which he had used to cut the leaves of the book.
Он уронил на пол малахитовый с золотом нож для разрезания бумаги.
The amber mouthpiece of a magnificent Indian hookah lay on his knee; the enameled coils lay like a serpent in the room, but he had forgotten to draw out its fresh perfume.
На коленях у него лежал янтарный мундштук великолепной индийской гука, эмалевая спираль которой, точно змея, извивалась на полу, и он уже не впивал в себя освежающее ее благоухание.
And yet there was a complete contradiction between the general feebleness of his young frame and the blue eyes, where all his vitality seemed to dwell; an extraordinary intelligence seemed to look out from them and to grasp everything at once.
Общей слабости его юного тела не соответствовали, однако, его глаза; казалось, в этих синих глазах сосредоточилась вся его жизнь, в них сверкало необычайное чувство, поражавшее с первого взгляда.
That expression was painful to see.
В такие глаза больно было смотреть.
Some would have read despair in it, and others some inner conflict terrible as remorse.
Одни могли прочесть в них отчаяние, другие — угадать внутреннюю борьбу, грозную, как упреки совести.
It was the inscrutable glance of helplessness that must perforce consign its desires to the depths of its own heart; or of a miser enjoying in imagination all the pleasures that his money could procure for him, while he declines to lessen his hoard; the look of a bound Prometheus, of the fallen Napoleon of 1815, when he learned at the Elysee the strategical blunder that his enemies had made, and asked for twenty-four hours of command in vain; or rather it was the same look that Raphael had turned upon the Seine, or upon his last piece of gold at the gaming-table only a few months ago.
Такой глубокий взор мог быть у бессильного человека, скрывающего свои желания в тайниках души, или же у скупца, мысленно вкушающего все наслаждения, которые могло бы доставить ему богатство и отказывающего себе в них из страха уменьшить свои сокровища; такой взор мог быть у скованного Прометея или же у свергнутого Наполеона, когда в 1815 году, узнав в Елисейском дворце о стратегической ошибке неприятеля, он требовал, чтоб ему на двадцать четыре часа доверили командование, и получил отказ.
То был взор завоевателя и обреченного!
Вернее сказать — такой же взор, каким за несколько месяцев до того сам Рафаэль смотрел на воды Сены или же на последнюю золотую монету, которую он ставил на карту.
скачать в HTML/PDF
share