6#

Шагреневая кожа. - параллельный перевод

Изучайте английский язык с помощью параллельного текста книги "Шагреневая кожа". Метод интервальных повторений для пополнения словарного запаса английских слов. Встроенный словарь. Аналог метода Ильи Франка по изучению английского языка. Всего 756 книг и 2171 познавательный видеоролик в бесплатном доступе.

страница 245 из 280  ←предыдущая следующая→ ...

Raphael feared lest he might have made use of the talisman already that evening; and feeling that he had neither the wish nor the courage to break into the conversation, he left the salon and took refuge in the billiard-room.
Рафаэль боялся, что за этот вечер он уже истратил весь свой талисман; не желая да и не решаясь завязать с кем-нибудь разговор, он бежал из зала в бильярдную.
No one there greeted him, nobody spoke to him, no one sent so much as a friendly glance in his direction.
В бильярдной никто с ним не заговорил, никто ему не поклонился, никто не посмотрел на него хоть сколько-нибудь благожелательным взглядом.
His turn of mind, naturally meditative, had discovered instinctively the general grounds and reasons for the aversion he inspired.
От природы наделенный способностью к глубоким размышлениям, он интуитивно открыл истинную и всеобщую причину вызываемого им отвращения.
This little world was obeying, unconsciously perhaps, the sovereign law which rules over polite society; its inexorable nature was becoming apparent in its entirety to Raphael's eyes.
Этот мирок — быть может, сам того не зная, — подчинился великому закону, управляющему высшим обществом, вся беспощадная мораль которого прошла перед глазами Рафаэля.
A glance into the past showed it to him, as a type completely realized in Foedora.
Оглянувшись на свое прошлое, он увидел законченный ее образ в Феодоре.
He would no more meet with sympathy here for his bodily ills than he had received it at her hands for the distress in his heart.
Здесь он мог встретить не больше участия к своему недугу, чем в былое время у нее — к сердечным своим страданиям.
The fashionable world expels every suffering creature from its midst, just as the body of a man in robust health rejects any germ of disease.
Светское общество изгоняет из своей среды несчастных, как человек крепкого здоровья удаляет из своего тела смертоносное начало.
The world holds suffering and misfortune in abhorrence; it dreads them like the plague; it never hesitates between vice and trouble, for vice is a luxury.
Свет гнушается скорбями и несчастьями, страшится их, как заразы, и никогда не колеблется в выборе между ними и пороком: порок — та же роскошь.
Ill-fortune may possess a majesty of its own, but society can belittle it and make it ridiculous by an epigram.
Society draws caricatures, and in this way flings in the teeth of fallen kings the affronts which it fancies it has received from them; society, like the Roman youth at the circus, never shows mercy to the fallen gladiator; mockery and money are its vital necessities.
"Death to the weak!"
That is the oath taken by this kind of Equestrian order, instituted in their midst by all the nations of the world; everywhere it makes for the elevation of the rich, and its motto is deeply graven in hearts that wealth has turned to stone, or that have been reared in aristocratic prejudices.
Как бы ни было величественно горе, общество всегда умеет умалить его, осмеять в эпиграмме; оно рисует карикатуры, бросая в лицо свергнутому королю оскорбления, якобы мстя за свои обиды; подобно юным римлянкам в цирке, эта каста беспощадна к поверженным гладиаторам; золото и издевательства — основа ее жизни… Смерть слабым! — вот завет высшего сословия, возникавшего у всех народов мира, ибо всюду возвышаются богатые, и это изречение запечатлено в сердцах, рожденных в довольстве и вскормленных аристократизмом.
Assemble a collection of school-boys together.
Посмотрите на детей в школе.
скачать в HTML/PDF
share