6#

Шагреневая кожа. - параллельный перевод

Изучайте английский язык с помощью параллельного текста книги "Шагреневая кожа". Метод интервальных повторений для пополнения словарного запаса английских слов. Встроенный словарь. Аналог метода Ильи Франка по изучению английского языка. Всего 756 книг и 2171 познавательный видеоролик в бесплатном доступе.

страница 46 из 280  ←предыдущая следующая→ ...

Borne away by a kind of tempest, their minds, like the sea raging against the cliffs, seemed ready to shake the laws which confine the ebb and flow of civilization; unconsciously fulfilling the will of God, who has suffered evil and good to abide in nature, and reserved the secret of their continual strife to Himself.
Подхваченные своего рода бурей, эти умы, точно волны, бьющиеся об утесы, готовы были, казалось, поколебать все законы, между которыми плавают цивилизации, — и таким образом, сами того не зная, выполняли волю бога, оставившего в природе место добру и злу и хранящего в тайне смысл их непрестанной борьбы.
A frantic travesty of debate ensued, a Walpurgis-revel of intellects.
Яростный и шутовской этот спор был настоящим шабашем рассуждении.
Between the dreary jests of these children of the Revolution over the inauguration of a newspaper, and the talk of the joyous gossips at Gargantua's birth, stretched the gulf that divides the nineteenth century from the sixteenth.
Laughingly they had begun the work of destruction, and our journalists laughed amid the ruins.
Между грустными шутками, которые отпускали сейчас дети Революции при рождении газеты, и суждениями, которые высказывали веселые пьяницы при рождении Гаргантюа, была целая пропасть, отделяющая девятнадцатый век от шестнадцатого: тот, смеясь, подготовлял разрушение, наш — смеялся среди развалин.
"What is the name of that young man over there?" said the notary, indicating Raphael.
— Как фамилия вон того молодого человека? — спросил нотариус, указывая на Рафаэля. 
"I thought I heard some one call him Valentin."
— Мне послышалось, его называют Валантеном.
"What stuff is this?" said Emile, laughing; "plain Valentin, say you?
— По-вашему, он просто Валантен? — со смехом воскликнул Эмиль. 
Raphael DE Valentin, if you please.
— Нет, извините, он — Рафаэль де Валантен!
We bear an eagle or, on a field sable, with a silver crown, beak and claws gules, and a fine motto: NON CECIDIT ANIMUS.
Наш герб — на черном поле золотой орел в серебряной короне, с красными когтями и клювом, и превосходный девиз:
«Non cecidh animus! « («Дух не ослабел! « (лат. )).
We are no foundling child, but a descendant of the Emperor Valens, of the stock of the Valentinois, founders of the cities of Valence in France, and Valencia in Spain, rightful heirs to the Empire of the East.
Мы — не какой-нибудь подкидыш, мы — потомок императора Валента, родоначальника всех Валантинуа, основателя Балансы французской и Валенсии испанской, мы — законный наследник Восточной империи.
If we suffer Mahmoud on the throne of Byzantium, it is out of pure condescension, and for lack of funds and soldiers."
Если мы позволяем Махмуду царить в Константинополе, так это по нашей доброй воле, а также за недостатком денег и солдат.
With a fork flourished above Raphael's head, Emile outlined a crown upon it.
Эмиль вилкою изобразил в воздухе корону над головой Рафаэля.
The notary bethought himself a moment, but soon fell to drinking again, with a gesture peculiar to himself; it was quite impossible, it seemed to say to secure in his clientele the cities of Valence and Byzantium, the Emperor Valens, Mahmoud, and the house of Valentinois.
Нотариус задумался на минуту, а затем снова начал пить, сделав выразительный жест, которым он, казалось, признавал, что не в его власти причислить к своей клиентуре Валенсию, Балансу, Константинополь, Махмуда, императора Валента и род Валантинуа.
скачать в HTML/PDF
share