6#

Яма. - параллельный перевод

Изучайте английский язык с помощью параллельного текста книги "Яма". Метод интервальных повторений для пополнения словарного запаса английских слов. Встроенный словарь. Аналог метода Ильи Франка по изучению английского языка. Всего 815 книг и 2622 познавательных видеоролика в бесплатном доступе.

страница 104 из 351  ←предыдущая следующая→ ...

Let them violate the child, let them trample creative thought under foot, let there be slavery, let there be prostitution, let them thieve, mock, spill blood… Let them!
Пусть насилуют ребенка, пусть топчут ногами творческую мысль, пусть рабство, пусть проституция, пусть воруют, глумятся, проливают кровь...
Пусть!
The worse, the better, the nearer the end.
Чем хуже, тем лучше, тем ближе к концу.
There is a great law, I think, the same for inanimate objects as well as for all the tremendous and many-millioned human life: the power of effort is equal to the power of resistance.
Есть великий закон, думаю я, одинаковый как для неодушевленных предметов, так и для всей огромной, многомиллионной и многолетней человеческой жизни: сила действия равна силе противодействия.
The worse, the better.
Чем хуже, тем лучше.
Let evil and vindictiveness accumulate in mankind, let them grow and ripen like a monstrous abscess— an abscess the size of the whole terrestrial sphere.
Пусть накопляется в человечестве зло и месть, пусть, – они растут и зреют, как чудовищный нарыв – нарыв – нарыв во весь земной шар величиной.
For it will burst some time!
Ведь лопнет же он когда-нибудь!
And let there be terror and insufferable pain.
И пусть будет ужас и нестерпимая боль.
Let the pus deluge all the universe.
Пусть гной затопит весь мир.
But mankind will either choke in it and perish, or, having gone through the illness, will be regenerated to a new, beautiful life.”
Но человечество или захлебнется в нем и погибнет, или, переболев, возродится к новой, прекрасной жизни.
Lichonin avidly drank off a cup of cold black coffee and continued vehemently:
Лихонин жадно выпил чашку черного холодного кофе и продолжал пылко:
“Yes.
– Да.
Just so do I and many others theorize, sitting in our rooms, over tea with white bread and cooked sausage, when the value of each separate human life is so-so, an infinitesimally small numeral in a mathematical formula.
Так именно я и многие другие теоретизируем, сидя в своих комнатах за чаем с булкой и с вареной колбасой, причем ценность каждой отдельной человеческой жизни – это так себе, бесконечно малое число в математической формуле.
But let me see a child abused, and the red blood will rush to my head from rage.
Но увижу я, что обижают ребенка, и красная кровь мне хлынет в голову от бешенства.
And when I look and look upon the labour of a moujik or a labourer, I am thrown into hysterics for shame at my algebraic calculations.
И когда я погляжу, погляжу на труд мужика или рабочего, меня кидает в истерику от стыда за мои алгебраические выкладки.
There is—  the devil take it!— there is something incongruous, altogether illogical, but which at this time is stronger than human reason.
Есть черт его побери! – есть что-то в человеке нелепое, совсем не логичное, но что в сей раз сильнее человеческого разума.
Take to-day, now … Why do I feel at this minute as though I had robbed a sleeping man or deceived a three-year-old child, or hit a bound person?
Вот и сегодня...
Почему я сейчас чувствую себя так, как будто бы я обокрал спящего, или обманул трехлетнего ребенка, или ударил связанного?
And why does it seem to me to-day that I myself am guilty of the evil of prostitution— guilty in my silence, my indifference, my indirect permission?
И почему мне сегодня кажется, что я сам виноват в зле проституции, – виноват своим молчанием, своим равнодушием, своим косвенным попустительством?
What am I to do, Platonov!” exclaimed the student with grief in his voice.
Что мне делать, Платонов? – воскликнул студент со скорбью в голосе.
Platonov kept silent, squinting at him with his little narrow eyes.
Платонов промолчал, щуря на него узенькие глаза.
But Jennie unexpectedly said in a caustic tone:
Но Женя неожиданно сказала язвительным тоном:
скачать в HTML/PDF
share