6#

Яма. - параллельный перевод

Изучайте английский язык с помощью параллельного текста книги "Яма". Метод интервальных повторений для пополнения словарного запаса английских слов. Встроенный словарь. Аналог метода Ильи Франка по изучению английского языка. Всего 815 книг и 2620 познавательных видеороликов в бесплатном доступе.

страница 339 из 351  ←предыдущая следующая→ ...

And having taken the money from Tamara’s hand, the priest blessed the thurible, which had been brought up by the psalmist, and began to walk around the body of the deceased with thurification.
И, приняв из рук Тамары деньги, священник благословил кадило, подаваемое псаломщиком, и стал обходить с каждением тело покойницы.
Then, having stopped at her head, he in a meek, wontedly sad voice, uttered:
Потом, остановившись у нее в головах, он кротким, привычно-печальным голосом возгласил :
“Blessed is our God.
As it was in the beginning, is now, and ever shall be, world without end!”
– Благословен бог наш всегда, ныне и присно!
The psalmist began pattering: Holy God, Most Holy Trinity and Our Father poured out like peas.
Псаломщик зачастил:
«Святый боже»,
«Пресвятую троицу» и
«Отче наш», как горох просыпал.
Quietly, as though confiding some deep, sad, occult mystery, the singers began in a rapid, sweet recitative:
Тихо, точно поверяя какую-то глубокую, печальную, сокровенную тайну, начали певчие быстрым сладостным речитативом:
“With Thy blessed saints in glory everlasting, the soul of this Thy servant save, set at rest; preserving her in the blessed life, as Thou hast loving kindness for man.”
«Со духи праведных скончавшихся душу рабы твоея, спасе, упокой, сохраняя ю во блаженной жизни, яже у тебе человеколюбие».
The psalmist distributed the candles; and they with warm, soft, living little flames, one after the other, were lit in the heavy, murky air, tenderly and transparently illuminating the faces of the women.
Псаломщик разнес свечи, и они теплыми, мягкими, живыми огоньками, одна за другой, зажглись в тяжелом, мутном воздухе, нежно и прозрачно освещая женские лица.
Harmoniously the mournful melody flowed forth, and like the sighs of aggrieved angels sounded the great words:
Согласно лилась скорбная мелодия и, точно вздохи опечаленных ангелов, звучали великие слова:
“Rest, oh God, this Thy servant and establish her in Heaven, wherein the faces of the just and the saints of the Lord shine like unto lights; set at rest this Thy servant who hath fallen asleep, contemning all her trespasses.”
«Упокой, боже, рабу твою и учини ее в рай, идеже лицы святых господи и праведницы сияют, яко светила, усопшую рабу твою упокой, презирая ея вся согреше-е-ения».
Tamara was listening intently to the long familiar, but now long unheard words, and was smiling bitterly.
Тамара вслушивалась в давно знакомые, но давно уже слышанные слова и горько улыбалась.
The passionate, mad words of Jennka came back to her, full of such inescapable despair and unbelief … Would the all-merciful, all-gracious Lord forgive or would He not forgive her foul, fumy, embittered, unclean life?
Вспомнились ей страстные, безумные слова Женьки, полные такого безысходного отчаяния и неверия...
Простит ей или не простит всемилостивый, всеблагий господь се грязную, угарную, озлобленную, поганую жизнь?
All-Knowing— can it be that Thou wouldst repulse her— the pitiful rebel, the involuntary libertine; a child that had uttered blasphemies against Thy radiant, holy name?
Всезнающий, неужели отринешь ты ее – жалкую бунтовщицу, невольную развратницу, ребенка, произносившего хулы на светлое, святое имя твое?
Thou— Benevolence, Thou— our Consolation!
Ты – доброта, ты – утешение наше!
A dull, restrained wailing, suddenly passing into a scream, resounded in the chapel.
Глухой, сдержанный плач, вдруг перешедший в крик, раздался в часовне:
“Oh, Jennechka!”
«Ох, Женечка!»
This was Little White Manka, standing on her knees and stuffing her mouth with her handkerchief, beating about in tears.
Это, стоя на коленях и зажимая себе рот платком, билась в слезах Манька Беленькая.
And the remaining mates, following her, also got down upon their knees; and the chapel was filled with sighs, stifled lamentations and sobbings …
И остальные подруги тоже вслед за нею опустились на колени, и часовня наполнилась вздохами, сдавленными рыданиями и всхлипываниями...
скачать в HTML/PDF
share