5#

Джинни, окутанная солнцем. - параллельный перевод

Изучайте английский язык с помощью параллельного текста книги "Джинни, окутанная солнцем". Метод интервальных повторений для пополнения словарного запаса английских слов. Встроенный словарь. Аналог метода Ильи Франка по изучению английского языка. Всего 815 книг и 2646 познавательных видеороликов в бесплатном доступе.

Последние добавленные на изучение слова (изучено 0 для этой книги)
  • wrap - 14 мая, 2019

страница 1 из 13  ←предыдущая следующая→ ...

R.
A.
Lafferty
Р.
А.
Лафферти
Ginny Wrapped In The Sun
Джинни, окутанная солнцем (Перевод с английского Сергея Гонтарева)
“I'm going to read my paper tonight, Dismas,” Dr.
Minden said, “and they'll hoot me out of the hall.
— Сегодня вечером я буду делать доклад, — сказал доктор Минден.
— Чувствую, что меня освищут, засмеют и выгонят из зала под общее улюлюканье.
The thought of it almost makes the hair walk off my head.”
При одной только мысли об этом, Дисмас, мне становится не по себе.
“Oh well, serves you right, Minden.
— Что ж, Минден, каждый получает по заслугам.
From the hints you've given me of it, you can't expect easy acceptance for the paper; but the gentlemen aren't so bad.”
Судя по твоим намекам на доклад, теплого приема ждать тебе не приходится.
Хотя господа ученые не такие уж и зловредные.
“Not bad?
— Не зловредные?
Hauser honks like a gander!
Хаузер гогочет, как гусак!
That clattering laugh of Goldbeater!
А чего стоит громоподобный хохот Колдбитера?
Snodden sniggers so loud that it echos!
Снодден хихикает так пронзительно, что порождает эхо!
Cooper's boom is like barrels rolling downstairs, and your own — it'll shrivel me, Dismas.
А смех Купера?
Он громыхает, как пустая бочка, скатывающаяся по лестнице!
Да и ты недалеко от них ушел.
Imagine the weirdest cacophony ever — Oh no!
Представь себе самую жуткую какофонию, какая только может быть на свете… ох, нет!
I wasn't thinking of one so weird as that!”
Все-таки самая жуткая какофония в мире — вот эта!
Musical screaming!
Вой безумной хоровой капеллы!
Glorious gibbering with an undertone that could shatter rocks!
Нечленораздельные вопли пьяного оркестра, способные расколоть скалу!
Hooting of a resonance plainly too deep for so small an instrument!
Гул резонанса, явно слишком глубокого для столь миниатюрного инструмента!
Yowling, hoodoo laughing, broken roaring, rhinoceros grunting!
Дикий скрежещущий смех, рев носорога в период брачных игр!
And the child came tumbling out of the tall rocks of Doolen's Mountain, leaping down the flanks of the hill as though she was a waterfall.
And both the men laughed.
И вниз по склону горы Дулена несется, как водопад, маленькая девочка.
“Your Ginny is the weirdest cacophony I can imagine, Dismas,” Dr.
Minden said.
— Да, Дисмас, по части жутких какофоний твоя Джинни переплюнет хоть кого, — сказал доктор Минден.
“It scares me, and I love it.
— Я ее побаиваюсь, но люблю.
Your daughter is the most remarkable creature in the world.
“Talk to us, Ginny!
Твоя дочурка — замечательное создание… Иди сюда, поговори с нами, Джинни!
I wish I could fix it that you would be four years old forever.”
Вот бы придумать такое средство, чтобы ты навсегда осталась четырехлетней…
“Oh, I've fixed it myself, Dr.
Minden,” Ginny sang as she came to them with a movement that had something of the breathless grace of a gazelle and something of the scuttering of a little wild pig.
— О, я уже все придумала, доктор Минден, — прощебетала Джинни.
В ее походке грация испуганной газели сочеталась с порывистостью дикого поросенка.
“I use a trick like the hoodoo woman did.
— У меня на примете приемчик одной женщины худу.
She ate water-puppy eggs.
She never got any older, you know.”
Она ела моржовые яйца и, представьте, вообще не старела.
“What happened to her, Gin?”
Dr.
Minden asked Ginny Dismas.
— И что же с ней происходило, Джинни? — спросил доктор Минден.
“Oh, after a while she got gray-headed and wrinkled.
— Ну через некоторое время она поседела и покрылась морщинами.
And after another while her teeth and hair fell out, and then she died.
Потом у нее выпали зубы и волосы.
В конце концов, она умерла.
But she never did get any older.
Но не постарела ни на йоту.
She had everybody fooled.
Она всех одурачила.
I got everybody fooled too.”
Я тоже всегда всех дурачу.
“I know that you have, Ginny, in very many ways.
— Согласен, Джинни, дурачишь, причем в самых разных смыслах.
скачать в HTML/PDF
share

←предыдущая следующая→ ...