7#

Уловка-22. - параллельный перевод

Изучайте английский язык с помощью параллельного текста книги "Уловка-22". Метод интервальных повторений для пополнения словарного запаса английских слов. Встроенный словарь. Аналог метода Ильи Франка по изучению английского языка. Всего 660 книг и 1899 познавательных видеороликов в бесплатном доступе.

страница 3 из 480  ←предыдущая следующая→ ...

On those he did read he wrote,
А на тех, которые читал, выводил:
‘Washington Irving.’
«Вашингтон Ирвинг».
When that grew monotonous he wrote,
Когда ему и это надоело, он стал подписываться:
‘Irving Washington.’
«Ирвинг Вашингтон».
Censoring the envelopes had serious repercussions, produced a ripple of anxiety on some ethereal military echelon that floated a C.I.D. man back into the ward posing as a patient.
Его цензорские шалости на конвертах привели к серьезным последствиям.
Некие высокопоставленные военные чины обеспокоенно наморщили лбы и решили послать в госпиталь сотрудника контрразведки.
Под видом больного он вскоре появился в палате Йоссариана.
They all knew he was a C.I.D. man because he kept inquiring about an officer named Irving or Washington and because after his first day there he wouldn’t censor letters.
He found them too monotonous.
Но очень скоро здесь все раскусили, что перед ними контрразведчик, потому что он без конца выспрашивал, об офицере по имени не то Ирвинг Вашингтон, не то Вашингтон Ирвинг, а также потому, что уже на второй день он позволил себе бросить проверку почты, сочтя это занятие слишком утомительным.
It was a good ward this time, one of the best he and Dunbar had ever enjoyed.
На сей раз Йоссариан лежал в отличной палате, пожалуй, лучшей из всех, в которых ему с Данбэром приходилось когда-либо вкушать блаженство.
With them this time was the twenty-four-year-old fighter-pilot captain with the sparse golden mustache who had been shot into the Adriatic Sea in midwinter and not even caught cold.
Рядом лежал двадцатичетырехлетний капитан истребительной авиации — молодой человек с жиденькими золотистыми усиками.
Он был сбит над Адриатическим морем зимой, в самые холода, — и даже не простудился.
Now the summer was upon them, the captain had not been shot down, and he said he had the grippe.
А теперь, когда на дворе стояла жара, и никто не сбивал его над холодным морем, капитан утверждал, что болен гриппом.
In the bed on Yossarian’s right, still lying amorously on his belly, was the startled captain with malaria in his blood and a mosquito bite on his ass.
Справа от Йоссариана, томно распластавшись на животе, лежал уоррэнт-офицер,[1] напуганный единственным комариным укусом в зад и микробами малярии в крови.
Across the aisle from Yossarian was Dunbar, and next to Dunbar was the artillery captain with whom Yossarian had stopped playing chess.
Напротив, через проход между койками, лежал Данбэр, а рядом с ним — артиллерийский капитан, с которым Йоссариан до недавнего времени часто играл в шахматы.
The captain was a good chess player, and the games were always interesting.
Yossarian had stopped playing chess with him because the games were so interesting they were foolish.
Артиллерист был прекрасным шахматистом и разыгрывал интересные комбинации, до того интересные, что Йоссариану надоело постоянно чувствовать себя идиотом, и он бросил играть.
Then there was the educated Texan from Texas who looked like someone in Technicolor and felt, patriotically, that people of means—decent folk—should be given more votes than drifters, whores, criminals, degenerates, atheists and indecent folk—people without means.
Самой заметной фигурой в палате был шибко образованный техасец, похожий на героя цветного боевика.
Он мыслил как патриот и утверждал, что состоятельные люди — публика приличная и поэтому должны иметь больше голосов на выборах, чем разные бродяги, проститутки, преступники, дегенераты, безбожники и всякая прочая неприличная публика, не имеющая ломаного гроша за душой.
Yossarian was unspringing rhythms in the letters the day they brought the Texan in.
Когда в палату внесли техасца, Йоссариан был занят тем, что вымарывал из писем рифмующиеся слова.
It was another quiet, hot, untroubled day.
Это был обычный жаркий и безмятежный день.
The heat pressed heavily on the roof, stifling sound.
Зной тяжело давил на крыши домов.
Стояла тишина.
Dunbar was lying motionless on his back again with his eyes staring up at the ceiling like a doll’s.
Данбэр, как всегда, лежал на спине, уставившись в потолок неподвижным взглядом куклы.
He was working hard at increasing his life span.
He did it by cultivating boredom.
Он изо всех сил старался продлить свою жизнь, считая, что скука — лучшее средство для достижения этой цели.
Dunbar was working so hard at increasing his life span that Yossarian thought he was dead.
Данбэр так усердно скучал, что Йоссариан подумал:
«Уж, часом, не отдал ли он богу душу?»
скачать в HTML/PDF
share
основано на 5 оценках: 5 из 5 1